— Простите, Властитель! Я заслуживаю сурового наказания!
— Иди! — раздражённо бросил хозяин дома, но, когда слуга ещё раз заныл, что он недостоин прощения и готов понести наказание, пнул зануду ногой для ускорения.
Глубоко вздохнув сквозь сжатые зубы и широко раздувая ноздри, мужчина выругался:
— Бездельники! Все бездельники! Только и умеют ныть!
Проследив, как нежданные гости восприняли приглашение, Властитель перешёл в соседнее с гостевыми комнатами помещение. Ему было интересно послушать, о чём будут говорить чужаки, но они оказались немногословны.
Тогда он велел принести их одежду, пока те купались, и внимательно изучил её. Маленькая птичка, что крутилась возле молодого парня, с любопытством наблюдала за его действиями.
— Ты странная, — пробормотал мужчина, поглядывая на неё и одновременно пытаясь понять, из какой ткани сделана одежда гостей и их обувь.
Птичка что-то чирикнула на своём, взлетела и, распушив свой дивный хвост, облетела вокруг его головы, оставляя светящийся след.
Властитель замер, но через мгновение всё исчезло, а птичка вновь сидела в стороне, склонив головку и поглядывая на него.
Отдав поскорее слугам одежду вместе с приказом почистить её, он отправился в общий зал. Мужчине было о чём подумать.
Вскоре появились гости. Все они поклонились, но каждый по-своему. Самый старший, а в этом человеке чувствовался родовой дар возглавлять людей, склонил голову. Его женщина стояла позади и повторила его жест, но, когда её мужчина выпрямился, осталась в той же позе.
Это было правильно.
Крупный черноволосый парень источал силу, но какого рода эта сила, Властитель не мог понять. Если приглядываться, то образ этого гостя размывался, и парень казался будто бы выше и становился массивнее. Одно было ясно: это не тёмный маг, несмотря на блестящие чёрные волосы.
Властитель кивнул черноволосому в ответ на небольшой поклон и руки, сложенные у груди в знак того, что приветствие идёт от сердца.
Самый молодой, чья птичка следила за тем, как властитель изучал их вещи, тоже всего лишь наклонил голову, но руки вытянул вперёд, накрыв кулак ладонью. Этого жеста хозяин дома не знал, но предположил, что вряд ли это является оскорблением, хотя на всякий случай выдержал паузу и только после неё кивнул ему и пригласил всех к столу.
Беседа завязалась не сразу, и хозяин дома пожалел, что не позвал женщин.
