Я думала о его руках, исследующих мое тело. Касающихся моей груди. Играющих с моими сосками. Это сделало меня… — она запинается, явно испытывая трудности с продолжением, будучи наполненной моим членом.
Мне это чертовски нравится. Признаваться в грехах, совершая их.
— Сделало тебя что? — спрашивает он.
— Сделало меня мокрой, — отвечает она, ее слова звучат торопливо.
Я слышу звук, похожий на падение ремня на пол в кабинке рядом с нами.
— Продолжай, — требует дьякон, его голос слышен через затемненное окошко.
Брайони использует ноги, чтобы поднять бедра от меня, но я впиваюсь пальцами в их плоть, крепко прижимая ее к себе.
Ее киска снова сжимается вокруг моего члена, и я сдерживаю стон.
— Я использовала предметы домашнего обихода… фаллической формы… — шепчет она.
Он быстро маскирует легкое ворчание, прочистив горло. Больной ублюдок.
— Я представляла, что это он… проникает в меня.
Гнев охватывает меня при мысли о том, что она получает удовольствие от мыслей о нем. Моя рука находит ее волосы, сжимает их в кулак и тянет назад, пока она не оказывается лицом к потолку крошечной кабинки.
Она снова пытается встать, но я оттягиваю волосы еще сильнее, а другой рукой надавливаю на мочевой пузырь, оставляя ее беззащитной перед ощущениями.
Из нее вырывается еще один плаксивый стон, но, к счастью для нас, он звучит так, будто она плачет над обнародованием своих признаний, над очищением своих грехов.
— Шлюхи вроде тебя не могут прожить и дня без потребности засунуть что-нибудь в свою отвратительно жадную пизду.
Как только слова слетают с его губ, я выпрямляюсь, зная, что сейчас произойдет.
Это то, что я планировал, и теперь моя маленькая куколка поймет: все, что я делаю для нее, имеет свою цель. Она не знает, насколько глубока моя одержимость, насколько глубока моя преданность ей. Мы — одно целое.
Алый занавес отдергивается, оконная решетка между нами разлетается на куски, и следующее, что я вижу, это глушитель, появившийся в этой части исповедальни.
31. Подкрепление доказательств
Я притягиваю ее тело к себе, ее спина с глухим стуком ударяется о мою грудь, когда он выстреливает в стену исповедальни.
В тот момент, когда я делаю движение, чтобы забрать пистолет, появляется нож. Брайони быстро взмахивает рукой, перерезая запястье дьякона через решетчатое окно.
Она принесла мой нож.
Он кричит в агонии с другой стороны исповедальни, когда его хватка на пистолете ослабевает. Я ловлю его в воздухе, когда другой рукой обхватываю ее за талию.
