Аня потрясла головой:
– Я такую дрянь в руки не беру, это Танька от них тащится. Хотите спрошу?
Она схватила трубку и узнала заглавие – ""Страсть и деньги"". Таня никогда не выбрасывала купленные книги и готова была дать мне роман. Правда, ехать за ним пришлось в Орехово-Борисово.
Впустив меня в темный коридорчик, Костина жадно спросила:
– Чего случилось-то?
– Тайна следствия не подлежит разглашению, – ответила я гордо и вошла в скромно обставленную комнату. В глаза сразу бросился шкаф, доверху набитый любовными романами.
Похоже, девочка скупает новинки сериями. Таня порылась на полке и вытащила книжку, на обложке которой черноусый офицер сжимал в страстных объятиях полуголую томную блондинку. Четыреста пятьдесят страниц!
Танин рассказ почти полностью совпадал с
Аниным. Катя ей тоже понравилась: тихая, спокойная, тактичная.
– Чем я ее напугала? – недоумевала девушка.
– Почему напугала?
– Да она все трясла головой и кричала: ""Знаю, страшная, страшная!..""
ГЛАВА 23
Поглядев на часы, я заторопилась назад, в Ксюшину квартиру.
Поломойки уже закончили уборку и отдыхали на блестевшей кухне. Поработали бабы на совесть. Кафель сиял, шкафы приобрели первозданный розовый цвет, из унитаза можно было пить. Получив оговоренную плату с чаевыми, довольные бабищи отправились восвояси.
Я открыла полку. Интересно, где у Ксюши кофе? Выпью чашечку перед уходом.
– Что вы здесь делаете, никак квартиру обворовать хотите? – раздался за спиной злобный голос.
От неожиданности я выронила банку, коричневые гранулы разлетелись по отдраенному полу.
От входа со шваброй наперевес шла довольно крупная тетка. Лицо вошедшей не обещало ничего хорошего. Она принялась размахивать палкой и кричать:
– Ты как сюда попала? Кто пустил?
– А вы кто? – бросилась я в атаку. – Вас кто пустил?
– Еще и огрызаться! – возмутилась женщина. – Сейчас милицию вызову, живо разберутся! У меня-то есть ключи от дочкиной квартиры!
– Так вы мама Ксюши! А меня послала Виолетта Сергеевна Павловская, прибраться велела!
Родительница плюхнулась на стул и зарыдала в голос:
– Бедная, бедная моя дочурка, кровиночка моя, ягодка сладкая!
Слезы потекли по щекам, женщина принялась судорожно всхлипывать и хвататься за сердце.
Я спокойно наблюдала разворачивающийся спектакль. Истерическая, психопатическая личность, из тех, что любят демонстрировать горе и страдания прилюдно. Соболезнования и утешения только усилят вопли. Если не обращать внимания, скоро остановится.
