Я подумал о предложенных мне пятидесяти гинеях, об утомительном путешествии и о предстоящей ночи, которую придется коротать под открытым небом. Выходит, все старания пойдут прахом? С какой стати мне ударяться в бега, не выполнив поручения и не получив обещанного гонорара? Быть может, эта женщина (а я вижу ее впервые) – не в своем уме? Я гордо выпрямился, отрицательно помотал головой – хотя поведение незнакомки и подействовало на меня сильнее, нежели я желал в том себе признаться, – и твердо заявил, что не двинусь с места.
Женщина попыталась было возобновить свои мольбы, но где-то наверху хлопнула дверь, и на лестнице послышались шаги. Женщина на мгновение вслушалась, а потом в отчаянии заломила руки и исчезла так же бесшумно, как и появилась.
Вошли полковник Лисандр Старк и невысокий толстячок с клочковатой бородой, произраставшей из складок его двойного подбородка. Он был представлен мне как мистер Фергюсон.
«Это мой секретарь и управляющий, – сказал полковник. – Кстати, мне казалось, что дверь я за собой плотно прикрыл.
Уж не прохватило ли вас сквозняком?»
«Напротив, – возразил я, – мне пришлось приотворить дверь из-за духоты».
Полковник вновь окинул меня подозрительным взглядом:
«Что ж, давайте тогда приступим прямо к делу. Мы с мистером Фергюсоном проводим вас к прессу».
«Пожалуй, мне стоит надеть шляпу».
«Нет-нет, незачем: пресс находится внутри дома».
«Как? Вы добываете сукновальную глину в помещении?»
«Нет, здесь мы только ее прессуем. Впрочем, это не важно. Все, что от вас требуется, – это осмотреть механизм и указать на неисправность».
Мы поднялись по лестнице; впереди, с лампой в руке, полковник, далее мы с тучным управляющим. Старый дом походил на лабиринт – со множеством галерей и коридоров, с узкими винтовыми лестницами и низкими дверцами, пороги которых были истерты подошвами былых поколений. Выше первого этажа не было ни ковров, ни мебели, с облупленных стен сыпалась штукатурка, ядовито-зелеными пятнами проступала сырость. Я старался сохранять непринужденный вид, но все же не спускал глаз с компаньонов: предостережения женщины, пусть я ими пренебрег, все же засели у меня в памяти.
Фергюсон отличался, по-видимому, мрачным нравом, но по его немногим репликам можно было заключить, что мы с ним, по крайней мере, соотечественники.
Полковник Лисандр Старк наконец остановился перед низенькой дверцей и отпер ее. За ней оказалась крохотная квадратная комнатка, в которой нам троим было не поместиться.
