Что хозяин, что сын хозяина… Ты тут с кем-нибудь уже мутил?
Я старался даже не вслушиваться в его тупой трёп.
– Что, неужели ни с кем? – недоверчиво и даже как-то разочарованно протянул Ямпольский. – Блин, чел, что с тобой не так? Я бы на твоем месте тут развернулся! И что, тебе реально на них пофиг? И вообще неохота хоть кого-нибудь помацать?
Я попросил его взглядом заткнуться, и он наконец заглох.
Что касается Чернышова, то он хоть и молчал, но вид у него был совершенно прибалдевший."
"Как Алиса в Стране чудес, он, открыв рот, вертел кучерявой башкой по сторонам и изумленно хлопал глазами.
Шатохин толкнул его на диван, тот плюхнулся, но так и не пришел до конца в себя. А когда, спустя пару минут, к нам зашла официантка, представилась Анжелой и встала с краю дивана, как раз рядом с ним, он так и утонул глубоком вырезе ее блузки. Разве что слюна с губ не стекала. Впрочем, не он один залип, другие пацаны тоже явно заценили пышную грудь Анжелы.
Ямпольский и вовсе привязался к ней: «А это что? А это? А тут что с чем?», указывая в меню.
Ей приходилось каждый раз наклоняться, чтобы посмотреть или прочитать, и грудь ее чуть ли не вываливалась перед лицом окончательно поплывшего Черного.
В конце концов, этот зоопарк мне надоел. Я сделал заказ за всех, и Анжела ушла. И то они не сразу успокоились.
– Как думаете, какой у нее размер? – спросил Ямпольский. И еще несколько минут они обсуждали ее формы.
Вообще, второй раз приводить сюда наших не хотелось. Но на улице спокойно не поговоришь (к тому же, опять чуть поодаль я заметил мать), а тащиться в какую-нибудь базарную забегаловку типа бургерной в ближайшем ТЦ – тоже мало приятного.
– Ну что? Остыли? Может, поговорим уже о деле?
– Давай… конечно… – закивали наши, дебильно улыбаясь. – А что такого ты хотел сказать?
– Пусть вон Петя скажет.
Чернышов перевел на меня туманный взгляд.
– Ясно. У Пети в зобу дыханье сперло. Сам тогда скажу. Я бросаю баскетбол и ухожу из команды.
– Да ты чего? Турнир же скоро! Как так-то?
– Нет у меня лишнего времени.
А капитаном за себя хочу оставить вот его, – я кивнул на Чернышова. – Петра.
– Чего-о-о?! – хором воскликнули наши. И все моментально забыли про официантку, словно протрезвели по щелчку. – Черного? Нашим капитаном? Герман, ты шутишь? Это фигня какая-то! Он Дэна предал, он нас всех подставил, а его теперь капитаном? Ну, охренеть!
Пар минут я наблюдал, как наших бомбит. Чернышов что-то беспомощно лепетал в свое оправдание, бросая на меня умоляющие взгляды.
