Это любовь

Просто до мурашек… Некрасивый в общепризнанном понимании этого слова, невысокий, как для мужчины – всего на полголовы выше нее без каблуков, весь какой-то… ненормально плавный. Почему ненормально? Да потому что эта плавность была плавностью затаившегося в засаде хищника. В ней чувствовалась смертельная опасность.

Говорила с ним, а у самой все внутри сжималось от страха. Как выступила на том форуме, Аля не помнила. Совсем. Вернулась в гостиницу, а там эти маки… Такие красивые, господи. Как те, что в начале лета покрывали поля невдалеке от городка, где она родилась.

Понимая, насколько это глупо, съехала из гостиницы. Но и в новой покоя ей не было. Абрамов как взял под свой тотальный контроль ее жизнь, так с тех пор и не отпускал."

"Вообще, конечно, удивительно, как менялось ее к нему отношение с течением времени. Как испуг и отторжение постепенно сменялись уважением к его настойчивости. Уважение – болезненным интересом. Интерес… чем-то большим. Тем, что ей не дано было узнать, пока Аркадий был связан с другой официальным браком.

Мириться с ролью любовницы Альбине бы не позволила гордость.

Со временем даже в его внешности Аля стала находить что-то ужасно для себя привлекательное. У Аркадия был удивительно пронзительный взгляд. Красивые руки. И голос… Но больше всего Альбину, конечно, восхищали размеры его яиц. До этих пор ей еще не встречались мужчины, которые влегкую побеждали мужика, живущего в ней самой. Ни с кем она не чувствовала себя такой женственной и хрупкой, как рядом с ним.

Такой… девочкой-девочкой. Он окутывал ее пуховым одеялом своей любви и внимания, которое в моменты опасности оборачивалось слоем несокрушимой полновесной брони. Она почти поверила, что несокрушимой… А потом это нападение. Его кровь на ее руках. И ощущение угасающей прерванной жизни.

Двери лифта разъехались, возвращая ее в реальность. Тут же их с Михаилом окружила, взяла в кольцо охрана. Настолько профессиональная, что посторонний человек никогда бы не понял, что сейчас происходит.

– Серая Киа.

Серьезно? Но кто она такая, чтобы спорить? Мише Аркадий доверял как самому себе. Иначе и близко бы того к ней не подпустил.

– Дома, наверное, вообще осадное положение?

– Само собой.

Впрочем, когда они въехали в их загородную резиденцию, ничего особенного Альбина не заметила. А вот в самом доме было непривычно тихо. Аля заглянула в кухню – поздоровалась с персоналом.