Это любовь

– Алька, да он же с рук твоих готов жрать… – Аркаша потерся лицом о щеку жены.

– А ты? Как ты? Я не понимаю… Тебе что, совсем все равно?

– А я буду рядом, малыш. Каждую секунду. Пусть не думает, паршивец, что сделал Мудрого."

"– Я не знаю, – задрожала Альбина. – Не уверена, что смогу. Я же… Аркаш, ну вот как после тебя, а? Мне кажется, я для других потеряна. И потом… Как мы с этим справимся? Я боюсь, что ты не захочешь меня после другого…

Мудрый зло рассмеялся.

– Тебе напомнить, что у меня и так не встает?

– Встает! Я… Аллах, не могу поверить, что мы это обсуждаем.

Ты ведь уже все решил, да?

– Лучше пусть это будет на моих глазах, чем… Альбин, давай начистоту, рано или поздно тебе захочется полноценного мужика.

Мудрый не замечал, но каждое долбаное слово давалось ему с трудом.

– Ты полноценный!

– Кого мы обманываем?

– Никого! Ты в сто миллионов раз более мужчина, чем любой другой… У кого со стояками полный порядок, – горячилась Аля, ничуть не кривя душой.

– Отлично, что ты это понимаешь. Тогда сойдемся на мысли, что мне хватит яиц спокойно принять тот факт, что моя любимая женщина в силу необходимости…

– Трахается с другим?

– Ну, я же не ревную тебя к вибратору.

– Аркаша, это живой человек. А как же… как… его чувства?

– Мы будем их всячески беречь и лелеять. Мы семья. Помнишь?

– Каким образом? Он молодой парень! Думаешь, он всю жизнь мечтал о том, чтобы стать пятым колесом в телеге?

– Как раз об этом он и попросил, разве нет?

– Он сам не понимал, о чем просит! А у тебя на него уже целый план! – Альбина спрятала лицо в ладонях.

Было страшно. Очень… Как тогда, в самом начале их отношений, когда она вообще слабо представляла, чего ждать от Мудрого. Но теперь-то она его знала. И потому был велик страх, что он не простит ни себя, ни ее. Что это просто начало конца.

– Как я уже сказал, мной были просчитаны тысячи вариантов. Из всех этот мне видится наиболее перспективным. По целому ряду причин.

– Главная из которых, очевидно, заключается в том, что ты не веришь, будто я смогу обходиться…

– Сможешь! – перебил Альбину Аркаша.

– Я просто не хочу лишать тебя удовольствия. Кем я тогда буду, Абрамова?!

– Ты не лишаешь!

– Врешь! – оскалился Мудрый. – Думаешь, я не замечаю, как ты неосознанно тянешься к моему паху?

– Это просто привычка!

Неожиданно из глаз Али брызнули слезы. Она попыталась их стряхнуть, но Аркаша среагировал первым.

– Я люблю только тебя.

– Я знаю, девочка. Я тоже. Вот почему это ничего не изменит…

– Уверен?

– Конечно.