Эту самую Софи, у которой теперь было собственное PR-агентство[95] в Труро, каждый год удваивающее свой финансовый результат. Эту самую Софи, у которой сначала было два офиса, потом три, а вскоре – пять, и во всех заключались контракты и царил абсолютный хаос.
Сейчас мы живем в самом сердце Труро – в трехэтажном доме георгианской эпохи с небольшим, обнесенным стеной садом, всего в нескольких шагах от центра города. Первые два года мальчики проводили часть своих каникул с отцом, и Хелен на это время забирала меня к себе (мы отправлялись на охоту за книгами с Джорджем, после того как он появился на горизонте) или занимала чем-то еще, только чтобы я не спала в их постелях и не нюхала их одежду.
На какое-то короткое время у меня появился друг. Ресторатор. Очаровательный. Смешной. Разведенный. Он собирался открыть бутик-отель[96] в Сент-Айвсе и даже детям понравился. А потом как-то слишком активизировался, и вот тогда я поняла…
Когда мы были не вместе, Марк каждую нашу годовщину писал мне любовное послание.
Длинное, полное извинений и воспоминаний и любви к двум мальчикам. И ко мне. Он честно признался, что попытался начать все сначала с какой-то женщиной, но у него ничего не получилось. Так что после второго послания, на второй год, я подумала: а почему нет? Не потому, что чувствовала себя одинокой, и не потому, что была на сто процентов уверена, что у нас все получится, а потому, что наконец поняла, что Эмма могла сделать с человеком…
Так что пока мы «сожительствуем» по выходным. Марк продал компанию в Лондоне и открыл новое агентство, поменьше, в Бристоле, где с понедельника до среды живет в апартаментах с видом на море.
По словам мальчиков, там «гораздо круче, чем в Труро». И теперь он может трудиться прямо на дому.
Это тоже компромисс, но он работает. Правда, к сожалению, в Девоне не так много крупных клиентов.
Нынче, в нашей новой жизни, я все реже вспоминаю Тэдбери, так что для меня было полной неожиданностью увидеть деревню на прошлой неделе по местному телевидению. Получилось что-то вроде холодного душа.
Церковь и площадь совсем не изменились, а вот магнолии стали гораздо выше. Главной новостью программы оказалось то, что в деревне наконец-то, после стольких лет отсрочек и политических споров, открыли объездную дорогу. Сколько раз этот проект то ставили на первое место в списке самых необходимых, то вдруг передвигали в самый конец из-за проблем с бюджетом. Показали интервью с Хизер, и мне было странно, но очень приятно увидеть ее.
