На Рождество и на дни рождения мы обмениваемся с ней открытками, в которых она обычно сообщает мне все новости. Последний раз написала мне, что вся деревня полна слухами о паре, переехавшей в бывший дом Хартли. Они оказались неплохими антрепренерами. Взяли на себя управление почтой, после того как старина Берт ушел на пенсию, и кулинарией. Моей кулинарией. Я продала им все оборудование и планы, чтобы разом от всего избавиться, а они, очевидно, смогли превратить ее в полномасштабный деревенский магазин с едальней и доставкой мяса и органических овощей местного производства.
И добились большого успеха. Бог им в помощь.
Остальные новости нам сообщал Натан, надолго сохранивший свою удивительную дружбу с Тео. Каждый год он присылает открытку на Рождество – всегда с изображением малиновки – и щедрый подарок. Тео хранит все эти открытки у себя под кроватью.
Одна из его новостей состоит в том, что детектив-инспектор Мелани Сандерс вышла замуж за Тома и переехала жить в дом на окраине деревни.
Время от времени Натан появляется у нас, и мне больно смотреть, какой же он потерянный.
Кажется, Натан искренне уверен в том, что именно он должен был раскусить Эмму. Понять ее намерения. Остановить ее. И не хочет слушать, когда мы говорим, что подобные мысли преследуют нас всех.
Натан рассказывает, что Джил Хартли перевели в тюрьму открытого типа[97] и что скоро она должна выйти на свободу по УДО[98]. Было время, когда я размышляла, не стоит ли написать ей? Но что я ей скажу? Во время суда мы узнали, что Джил много лет очень хотела ребенка, а Энтони говорил ей, что еще не готов к этому.
А потом Эмма, в этой гребаной палатке, безжалостно рассказала ей о любовной связи Энтони и о том, что его любовница беременна."
"«Вы имеете право это знать, Джил. Если б я была на вашем месте… И если б меня так унизили… Вытерли об меня ноги… Вы же – кормилец в семье, в то время как он… Я не знаю, что бы я сделала…»
На суде зачитывали отрывки из дневника Эммы, который извлекли из ее компьютера. «Туповатая Софи» – вот как она меня называла.
А Натан? Оказалось, что она сама разбила кирпичом свое окно, чтобы привязать того покрепче. Странная и пугающая логика: «Если к А прибавить Б, то… я сделаю вот это». Эмма сцепилась с Энтони на ярмарке, но не шантажировала его, поскольку оказалось, что он разорен. Меня в Корнуолле она преследовала, по-видимому, для того, чтобы послать Марку мои фото как угрозу, но передумала, испугавшись, что тот может передать их в полицию.
