Целует в макушку и произносит по-братски мягко:
— Ты все равно моя девочка. Мы можем остановиться в любой момент. Я смогу все в себе оборвать, если для тебя будет слишком. Понимаю, почему ты мне отдалась, наш секс был очень хорош, но нам необязательно продолжать.
Закрываю глаза. В прошлый раз Демьян сорвался после слов «выеби меня». Сглатываю. У меня тоже куча демонов, моя сексуальная жизнь в браке была в рамках, я привыкла не проявлять инициативу, потому что она всегда завершалась катастрофой.
Я боялась показаться мужу развязной и смешной. Скромность, робость и параноидальная стыдливость проросли глубоко, стали частью моей личности. Я так сильно хотела Демьяна, что отчаянно летела мотыльком в костер. Так было в моей квартире, после ночи в его руках, и в самолете, где мы думали, что его могут арестовать. На адреналине, когда терять нечего.
В остальное время я медлю и отстраняюсь. Вчера, после заселения в номер, он разделся и полез ко мне, а я смутилась и отвернулась.
Смотрю на свою пижаму — она абсолютно не сексуальна. Такая понравилась бы Марку. Интуитивно я выбрала ее в поездку, чтобы получить одобрение своей благопристойности.
Невозможно измениться за одни сутки. На целый миг я себя ненавижу.
— Я прилетела сюда, чтобы весь отпуск сосать твой член. — Я действительно произношу это вслух. Мгновенно швыряет в жар, губы обжигает от произнесенной пошлости. — Если и остановимся, то после этого, не раньше.
— Тогда возьми его в рот.
Я хочу кончить.
Ох. Братской заботой в интонациях больше и не пахнет.
Волоски так и стоят дыбом, когда я медленно поворачиваюсь. Дрожу под прямым взглядом. Не дыша стягиваю топ, оголяя грудь. Закрываю ее руками.
Демьян продолжает стоять и смотреть. Из одежды на нем льняные штаны, которые заметно оттопырены в области ширинки. Смачиваю кончиком языка пересохшие губы. Он стягивает мои волосы на затылке и принуждает опуститься ниже.
Дальше всё как в тумане. От стыда и волнения швыряет в жар.
Соски болезненно ноют, запретность отбивает чечетку в висках. Я ощущаю потребность внизу живота и при этом хочу, чтобы Демьян продолжил вот так стоять и смотреть на меня при свете дня. Это так стыдно, что от одной мысли лихорадит.
Ему не понравится. Он посмеется надо мной. Посмеется, и я просто умру от ужаса. Да, я надеюсь, мое сердце такого не выдержит.
Демьян стягивает с себя штаны, и мое лицо оказывается напротив члена.
