Это снова ты

– Чего? – переспрашиваю, нахмурившись.

– Да так, – отмахивается он, намереваясь меня обойти. – Просто забудь все это и отрывайся. Я поехал.

– Куда?! – Преграждаю ему дорогу.

– Домой, Ксю. Домой. – Он по-свойски ерошит мне волосы, как пятилетней, и направляется вниз по улице.

Беспомощно приоткрываю рот. Женька тут же оказывается рядом и стреляет окурком мне за спину.

– И это твой идеальный Морозный?

– Мой – идеальный, а кто это… Я не знаю.

Проматываю мысленно весь диалог, и меня прошибает очередной волной паники.

– Он сказал: я поехал. Неужели? Жень!

– Плохая идея, – серьезно заявляет подруга. – Лучше его сейчас не трогать. Он большой мальчик, справится.

– Но я…

– Ты от меня одобрения ждешь? Свое мнение я высказала. Решение за тобой.

– А ты пойдешь со мной?

– Это не моя война.

Несколько секунд уходит на размышления. Мысли липкие и тонкие, как паутина. Их много, слишком много. И все какие-то невнятные.

– Я не могу его так оставить.

– Тогда беги, – произносит Фомушкина.

– Конечно. – Порывисто обнимаю подругу и действительно бегу в ту сторону, куда ушел Дима.

Под подошвами неровная плитка тротуара, нервы завязаны на тысячи узлов, а волосы хлещут плетьми по открытой спине. Вижу впереди свет зажегшихся фар, слышу рокот мотора мотоцикла. Дима задом выезжает с парковочного места и пропускает едущие мимо машины. Не придумываю ничего лучше, чем с разбега запрыгнуть на пассажирское место, хватаю Зимина за плечо и усаживаюсь.

– Что за номер?! – раздраженно спрашивает Дима, обернувшись.

Визор его шлема опущен, но это и неважно, учитывая обстоятельства. Мне необязательно видеть его лицо, чтобы понимать, в каком он состоянии.

– Цирковой! Ты ведь себя как шут ведешь. Я соответствую.

– Слезай давай!

– Запросто. Припаркуйся, отдай мне ключи, и тогда я слезу.

Ответом мне становится яростное рычание мотора, легкий рывок заставляет покачнуться.

– Слезай! – жестче повторяет Зимин, и я чувствую, как напрягаются и набухают мышцы на его спине.

– Дим, – зову, поубавив гонор, – давай лучше на такси. Серьезно. Не нужно, это опасно.

– Я не буду с тобой торговаться. Последний шанс. Или слезай, или…

Оборачиваю руки вокруг его торса, не дослушав. Не знаю, на что надеюсь. Наверное, уже ни на что, но второй из возможных вариантов куда хуже первого. Неведение, ожидание. Я с ума сойду. Не отпущу одного никуда, даже на тот свет. Я этого не вынесу.