— Ага, — я достала блокнот и записала фамилию, имя и отчество помощника прокурора.
— Аркадий Александрович не раз бывал у нас, они со Славой дружили, — Галина Семеновна поставила локоть на подлокотник и подперла рукой голову, — он тоже подвергался преследованиям.
— А главный прокурор у нас сейчас Селиванов?
— Да, Илья Гаврилович.
Я снова открыла блокнот и записала. Кажется, это тот самый друг Витькиного отца.
— А как Аркадий Александрович сейчас поживает, трудно ему приходится?
— Он уволился по собственному желанию, — многозначительно посмотрела на меня Трегубова.
— После этого случая с Тагировым?
— Некоторое время спустя…
— А вы случайно не знаете, где нынче бывший начальник РУБОПа?
— Не знаю точно, — пожала плечами Трегубова, — но Слава говорил, что он переведен в район на такую же должность.
— После скандала с его братцем и задержанием вашего мужа?"
"Галина Семеновна кивнула.
— Кто-нибудь угрожал вашему мужу? Может быть, по телефону… Он вам ничего не говорил?
— Нет, — отрицательно покачала головой Трегубова.
— Чем он занимался на работе в последнее время?
— Да как обычно… Я толком не знаю.
— А что говорят в прокуратуре по поводу исчезновения Вячеслава Николаевича?
— Уверяют меня, что сделают все возможное со своей стороны, чтобы найти Славу… Со мной разговаривал сам Илья Гаврилович. Да и у Аркадия Александровича я тоже была, советовалась с ним. Но мне показалось, что он не хочет вникать в это дело, — она скептически пожала плечами.
— Вы им верите? — прямо спросила я.
— Это сложный вопрос, — уклончиво ответила Галина Семеновна.
— Хорошо, я сама с ними поговорю, — деловито сказала я, допив кофе и снова закурив. — Галина Семеновна, вы не могли бы мне дать фотографию вашего мужа?
— Конечно, — улыбнулась Трегубова.
Она встала и направилась в другую комнату. Вскоре она появилась с небольшим фотоальбомом в руках.
— Вот, посмотрите, не знаю, какая вас больше устроит, — Галина Семеновна протянула мне альбом и села рядом на диване.
Я взяла альбом и принялась перелистывать страницы, внимательно вглядываясь в фотографии. Черт побери! Вот уж к чему я определенно не была готова, так это увидеть в этом альбоме знакомое лицо. В тот солнечный день, пять суток назад, я видела этого человека. Это его расстреляли там, на поляне. А может, он остался жив? Нет, если я правильно поняла разговор на даче у Пал Василича, то речь шла именно о трупе Шатрова.
