Это всё ты

– Я люблю тебя… – упорно толкает моя медовая зая.

А я представляю, как на ее влажные завитухи упадут молочные капли моей спермы, и даю такого ебу, что полностью для мира теряюсь.

Порываюсь наброситься на Ю, словно изголодавшийся дикарь.

Но в последний момент, когда воздух касается переполненного кровью, мучительно тяжелого и адски чувствительного члена, застываю, тупо не в силах пошевелиться.

Поясницу и низ живота опаляет огнем. Яйца рефлекторно поджимаются, после чего их переполняет болью.

Вдох. Выдох. Монументальность моей вышки зашкаливает.

Это Ю. Моя Ю. Моя зая. Мой нежный Одуван.

«Любовь. Любовь. Любовь», – повторяю мысленно, как мантру.

Хорошо, что Юния в этот же миг юзает это слово вслух.

В блок похоть. И я накрываю ее обнаженное тело своим.

Глаза Ю расширяются и стекленеют. Возможно, эта реакция выражает какую-то долю присущего моей пугливой и робкой зае страха, но по большей части вызванные нашим контактом впечатления, я уверен, являются положительными. Чувствую, что член утопает во влаге между ее ножек.

И, блядь… Сам не знаю, как выдерживаю это. Нейронные сигналы ведь молниеносно летят в мозг. Обрабатывая их, я прихожу к странным заключениям. Ароматный секрет Юнии – настойка, в которой я хочу искупаться полностью. Пусть сожжет мне плоть, выжрет меня до души… Мать вашу, пусть.

– Расслабься, Ю, – прошу, словно это, блин, реально.

Сдвигая ее ножки повыше, перехватываю ладонью член. Стискиваю со всей силы, чтобы тормознуть приток крови. Дожидаясь некоторого онемения, раздвигаю нежные лепестки головкой и касаюсь ее плоти.

Сцепляя зубы, двигаю по промежности вверх-вниз.

Тону, мать вашу, словно не умею «плавать». Будто все это происходит со мной впервые. Да, блядь, по сути – впервые. Это ведь моя Ю. Моя любимая девочка. Моя-моя.

Изнутри то вымораживает, то огнем полыхает, то давлением долбит таким, что темнеет в глазах. И я не знаю, как справиться с этими перепадами. Чувствую себя то суперменом, то дряхлым, сука, стариком.

Блядь… Боже… Блядь… Боже… Блядь… Что мне делать?

Копчу матом через слово.

Не лучший момент, чтобы вспоминать отца. Но я роюсь в памяти в поисках советов, которые способны вытащить меня из лужи. Строгий наказ насчет презервативов улетает в «корзину» на старте. Я его потом восстановлю, просто сейчас мешает.

Прости, пап…

Вторым удаляю файл, в котором говорится, что облажаться перед любимой девушкой в первый раз не стремно, а вроде как вполне естественно.

Нет, я не имею права. Это не бьется с просьбой Ю.