Это всё ты

Однако…

Четверть часа спустя, останавливаясь на паркинге у загородного футбольного поля, где меня буквально каждая шкура знает, готов к тому, что Юния прям при всех мне по башке и настучит. Но она слезает с байка, ковыляет чуть в сторону, снимает шлем, запрокидывает голову и… смеется.

– Это было так круто! – выпаливает, приближаясь обратно ко мне.

Я четко улавливаю то, как сильно у нее трясутся ноги. Знаком с этим ощущением. Да и сейчас чувствую те же вибрации. Но, блядь, немного шокирован, что для трусихи Ю подобное оказывается тем же кайфом, от которого уже давно зависим я.

– Ты покатаешь меня еще? – вопрошает с горящими глазами.

Кроме того… Она кладет ладони мне на грудь, что-то там разглаживает и жарко дышит мне в лицо.

– Как минимум назад домой тебя отвезти планирую, – обозначая свои намерения, смеюсь.

Хотя внутри меня, конечно, далеко не спокойно. Сталкиваемся с Ю взглядами, и мне будто чей-то невидимый кулак всаживается в солнечное сплетение. Увы, я не являюсь бездушным боксерским мешком.

Скорее каким-то ударным музыкальным инструментом себя ощущаю. Знаете тот переход в рок-композициях, когда накал резко и неожиданно достигает пика? Бешеный грохот, выброс сценического дыма, амплитуда всех звуковых эффектов вместе с вашей эмоциональной шкалой стрелой вверх летит и с феерическим радиоактивным жаром осыпается вниз. Все это вырабатываю и проживаю я один.

– Супер! – откровенно радуется Ю.

А я снова от нее охреневаю.

Хмуро сталкивая брови, слезаю с мотоцикла. Ставлю его на подножку и забираю у Юнии шлем, чтобы прикрепить рядом со своим.

– Нравится, когда ты такая, – говорю ей, когда удается собрать себя, сука, в кучу.

– Какая? – выдыхает и тоже улыбается.

Закидывая руку ей на плечи, подгребаю к боку. Расставляя пальцы, показываю, чтобы пронизывала этот веер своими. Мы так уже делали. Говорю же, у наших рук какие-то свои отношения. Сцепляемся в замок. Легко и вместе с тем достаточно крепко. Краснеем и улыбаемся.

– Так какая – такая?

– Своя, – выдаю самодовольно, утыкаясь носом ей в волосы.

Занюхиваю, будто реально мне принадлежит. И это я еще не охуел до крайней степени.

– Ян…

– Все хорошо, Ю, – расписываюсь за себя. И дождавшись, когда повернет голову, чтобы посмотреть в глаза, проверяю ее: – Тебе же комфортно со мной? Норм?

– Да… Классно.

И снова улыбается.

Огромных усилий стоит оторвать взгляд от ее розовых губ. В глаза долго пялиться тоже опасно. Концентрируюсь на ее веснушках. Считаю их, словно ебучий звездочет.