Он ждал приказов, команд, распоряжений, однако вместо этого услышал вопрос. Всего один, но зато очень важный — от ответа на него зависело слишком многое. Например, чья-то жизнь.
— С какого расстояния ты можешь гарантированно поразить цель? — спросил я, встретившись с коротышкой глазами.
* * *Бонус за очередное ожидание проды — замок графа вил Кьера, нарисованный линерами и карандашами, с использованием гуаши, акварели и пастели:
Глава 10
Большой несколько удивился вопросу, но ответил быстро, без запинки.
— С двухсот шагов я положу болт в медяшку, — сообщил он, — или в чей-то глаз.
С трёхсот — в небольшую тыкву… Или голову. Если дальше, то гарантий никаких.
Двести шагов — это сотня метров, а триста, соответственно, — сто пятьдесят. Для винтовки, конечно, и то и другое не дистанция, но для арбалета подобные результаты были чем-то запредельным. Даже очень хорошему стрелку не под силу такие «фокусы» — только выдающемуся… А значит, мало кто будет ожидать прицельный выстрел со столь серьёзного расстояния.
"
"Перед внутренним взором появился план квартала, в котором располагалась «Нежная роза». Затем на воображаемом плане «проступили» два круга: один поменьше, другой побольше. А в их общем центре, словно «яблочко» на мишени, находился бордель…
— Ты что-то задумал, милостивый государь? — спросил Большой. В его голосе слышалось лёгкое беспокойство.
— Не переживай, — «успокоил» собеседника я. — Деньги и тыквы портить не будем…
— Ты хочешь, чтобы я убил кого-то? — напрямую спросил Большой.
После «службы» — или, скорее, рабства — у «пальцев», он довольно щепетильно относился к применению насилия.
— Это уж как пойдёт, хотя пока таких планов у меня нет, — усмехнулся я, а затем добавил: — Но ты слышал Марка и знаешь, с кем нам предстоит иметь дело… Город вздохнёт с облегчением, если Безносый Джо и Колченогий Стен скоропостижно покинут этот бренный мир.
Большой едва заметно поморщился, но кивнул. Мой ответ, пусть и не полностью, однако всё-таки удовлетворил его.
Много времени на сборы нам не потребовалось.
Ополоснувшись в бочке с водой и переодевшись в чистую одежду, я вновь почувствовал себя человеком. Возвращение в цивилизацию — даже столь убогую, если сравнивать с Землёй — было истинным наслаждением после тягот и лишений походной жизни.
Заглянув к сестричкам и убедившись, что с ними всё в порядке, я спустился на первый этаж. Общий зал встретил меня запахом пива, ароматами немудрёной еды, сонными лицами и негромкими голосами.
