Капитан забрал у нее кружку, выпил все, потому что действительно умирал от жажды, и попросил:"
"— Мне надо отлить. Горшок должен быть под кроватью. Поможешь встать?
Ева обалдела от такой просьбы, но, с другой стороны, он действительно пышет жаром и может промахнуться в темноте. Да и Эва Лэндвик наверняка в своей работе при храме много раз помогала больным – разным больным – справлять нужду.
— Ладно, — сказала девушка, — помогу.
Для начала Вайд вернул ей пустую кружку, чтобы она поставила ее на стол, и когда Ева снова подошла к нему, взял ее за руку и стал вставать.
На самом деле у Вайда вполне бы хватило сил сделать все самому и тихо, но Лэндвик и так не спала, да и не договорили они. Так что, держась за свою рыжую помощницу, он открыл крышку ночного горшка и зажурчал в него.
Ева поверить не могла, что это все происходит, но ситуация еще и усугубилась:
— Ты твердо решила выйти замуж? — спросил Вайд.
— Лучше сконцентрируйся на своем важном деле! И горшок не опрокинь!
— Не шипи так; мама проснется.
И я уже закончил. — Журчать и впрямь перестало, и Вайд, склонившись, закрыл крышку и убрал горшок обратно под кровать. — Так ты намерена выйти замуж?
— А что, нельзя?
— Почему же, можно. Только не за атрийца. Они совсем другие люди, и к женщинам относятся хуже некуда. Да и родителей побереги. И не злись, — добавил капитан, — я не хочу тебе указывать, но ты сама согласилась слушать мои советы, помнишь?
— Да, но не насчет…
— Т-с-с, ты опять слишком громко шипишь. Дело в деньгах? Зачем тебе этот брак?
— Не твое дело! Что ты лезешь ко мне? — возмутилась Ева, а сама так и затрепетала, поняв, к чему он клонит.
— Не надо атрийца. Выходи за меня.
— Что? — произнесла недоверчиво Ева.
— Выходи за меня замуж.
Еве уже однажды делали предложение: тогда она подавилась пирожным и раскашлялась как сумасшедшая. В этот раз давиться было нечем, разве что воздухом, поэтому девушка повторила:
— Что?
— Давай поженимся.
— Ага, давай. Прямо завтра с утра! Вот обрадуются-то мои! Да уж, поторопилась я насчет бреда: вот он у тебя и начался.
Ложись спать, жених.
— Я не брежу, Эва, — с легкой угрозой ответил Вайд, который, между прочим, первый раз предложил священный брак женщине, а она назвала это бредом. — Это атриец тебе может врать, но не я. Тебе нужен защитник, умно и трезво смотрящий на жизнь.
— Ты, что ли, умный и трезвый?
— Я. Никогда не предам и всегда буду рядом с тобой.
— Звучит как угроза, — ехидно протянула девушка.
— Ева! — тихо рявкнул Вайд.
