Эвиас

Однажды он убьет Аботоруса. Ярость нарастала лишь при одной мысли о том, как сильно он жаждал пролить кровь своего отца.

* * *

Эвиас проснулся и открыл глаза, испытывая облегчение от того, что воспоминания о его прошлом закончились. Он мгновенно вскочил с постели, подошел к шкафу и надел рубашку. Его так и подмывало проверить, как там Джилл. Эвиас проспал дольше обычного, но все еще не был готов после сна о прошлом встретиться лицом к лицу с девушкой. Вместо этого он направился к выступу, чтобы посмотреть на свою территорию.

Воспоминания редко посещали его во снах, но Джилл стала катализатором. Ее предшественница все-таки избежала страшной участи, умерев и не достигнув возраста, когда должна была присоединиться к Эвиасу. К тому времени он уже взял под контроль весь клан, но ему все равно пришлось бы выполнить условия сделки, заключенной его отцом, и принять Марголу в свой дом. Просто Эвиас не стал бы стерилизовать ее или заставлять терпеть его прикосновения.

Лицо Марголы стерлось из его памяти, но остались воспоминания о робости девушки, когда ее приводили к нему каждый месяц. Ни разу она не выдержала его пристального взгляда, ни разу не смогла укротить свою дрожь.

Джилл была совершенно другой. Она веселила его. Ему нравился ее дух. Джилл не отступала и не дрожала. Эта дерзкая женщина даже швырнула бокал в его грудь.

Его хорошее настроение быстро исчезло, когда он услышал тихий, странный шум. Эвиас подошел к краю выступа и посмотрел вниз.

— Твою ж мать.

Объект его мыслей стояла на небольшом уступе скалы в двадцати с лишним футах внизу. Джилл была повернута лицом к утесам, медленно передвигаясь и цепляясь за неровные камни.

Эвиас прикинул расстояние между ними. Пока он наблюдал, под ее правой ногой осыпались камни, заставив девушку замереть.

Он протянул руку и сорвал с себя рубашку.

Неужели Джилл хотела умереть? Это разозлило Эвиаса. Падение в ущелье определенно убьет ее. Сначала она заденет все деревья, а затем рухнет на зазубренные валуны у подножия утесов. Там не будет никакой мягкой подушки. При ударе ее кости раздробятся.

Эвиас внимательно посмотрел на скалу. Он мог бы спуститься к ней, но осыпающиеся камни могли согнать ее с ненадежного насеста. Эвиас не мог так рисковать.