Последний прием пищи у меня был лишь перед самым выездом с базы, еще до испытаний криопушки. И теперь урчание становилось все громче и громче.
Интересно, что сделали Барнс, Анна и Винсент, когда меня забрали? Помешать пришельцам они никак не могли — теперь их корабли защищало поле, по сути, делая корабль неуязвимым. Наверняка сгребли то, что осталось от боевого дрона, подхватили раненого пришельца и бросив все на транспорт, рванули к базе. Помочь мне они тоже не могли…
Хм… Эти щиты на кораблях.
Интересная технология.
У нас на «Фаусте» тоже было нечто подобное, только энергетические щиты напрямую зависели от энергосистемы крейсера. Если реакторы не выдавали достаточное количество мощности или щиты пытались сдержать плотный огонь, не рассчитанный на поглощение урон, защита снижалась или рассеивалась вовсе. Если в щит прилетело бы что-то очень энергоемкое, он бы просто сгорел и тогда весь удар принял бы корпус корабля. В общем-то, вспоминая повреждения крейсера, так и получилось.
— Эй, вы тут меня хотите голодом заморить? — заорал я, пнув ногой дверь. — Отличная пытка, в этом вы на нас очень похожи!
После пятой попытки привлечь к себе внимание, вошел охранник в светло-зеленой броне и легком шлеме без стекла. Вошел и вопросительно уставился на меня своими тараканьими глазками.
— Ну, че смотришь, паразит? — пробурчал я, почему-то подумав о том, что не в курсе как сейчас на Земле травят тараканов. Эти насекомые никуда не делись даже спустя век.
И человек, несмотря на свое превосходство, так и не смог уничтожить этот вид насекомых.
Пришелец меня все равно меня не понимал. Ну и как ему объяснить, что мне нужно?
Придумал.
Открыл рот и указал туда пальцем несколько раз. Повторил дважды. Погладил живот ладонью.
Видимо, тот понял, потому что сразу же после окончания моих жестикуляций, он быстро покинул камеру. Кажется, дверь снова никто не запер. У них что, замков вообще нет?
Я подошел поближе, попытался приоткрыть дверь, но сильно об этом пожалел.
Сверху, от потолка опустилась зеленоватая лиана и больно хлестнула меня по рукам, даже кажется, обожгла кожу какой-то ерундой.
— Все, все… Я понял! — я отскочил от двери, возмущенно ощупывая руку. На коже появились красные вздувшиеся полосы, покрытые беловатым налетом.
Лиана, сама собой втянулась обратно, куда-то под потолок.
Вот ур-роды, а? Дверь открыта, а выйти нельзя.
