Она уселась в кресло напротив скамеечки Эвелин.
— Наши женщины заключают пари: посмеешь ли ты высунуть нос из комнаты и показаться на людях?
Эвелин удивленно заморгала, потом нахмурилась и уставилась в глаза Рори. Зачем Рори это говорит? Хочет ее рассердить? Или расстроить? Напомнить о ее сомнительном положении в клане?
— Уверена, они не ожидают, что ты решишься смело спуститься вниз и потребовать завтрак, — продолжала Рори, которую, казалось, ничуть не заботила реакция Эвелин. — Будет забавно увидеть, как вытянутся их лица, если ты все-таки явишься.
Губы Эвелин с сомнением изогнулись, и вдруг она улыбнулась. Конечно, Рори — озорница. Наверное, именно поэтому вчера и помогла ей перенести вещи в комнату Грэма. И Эвелин кивнула новой родственнице в знак согласия.
Рори ухмыльнулась.
— Тогда пошли. Нет смысла прятаться здесь, когда внизу можно позабавиться.
Эвелин торопливо завязала кончик косы кожаной ленточкой и вслед за Рори выбежала из комнаты.
Когда они вошли в главный зал, там кипела работа: служанки убирали со стола остатки завтрака, подметали пол, отодвигали шторы с окон, чтобы пустить внутрь утренний свет и тепло.
Заметив Эвелин, они разом застыли на месте. Рори шагала впереди, Эвелин шла следом. Рори что-то сказала. Женщинам это явно не понравилось. Одна из них обожгла Эвелин презрительным взглядом и заявила:
— Если она хочет есть, то должна являться, когда завтракают остальные.
Эвелин ответила твердым взглядом, не желая уступать этой неприятной особе.
Рори жестом отослала служанку прочь и повернулась к Эвелин:
— Садись и поешь.
Эвелин оглядела столы, заметила возвышение с большим столом — совсем как дома, — прищурилась и решительно шагнула вперед. Она жена тана, здешнего вождя, и будет сидеть за главным столом.
Выбирая место, она села так, чтобы видеть весь зал и улавливать все, что будут говорить. Рори уселась напротив и усмехнулась во весь рот.
— Мне нравится твое настроение. Шаг дерзкий, но мысль хорошая. Надо им сразу показать, что они не смеют тебя обижать.
Женщины нашего клана бывают довольно упрямы, но у них верные сердца. Порой они могут высказываться очень резко. У нас часто говорят, что Грэм — лэрд, но замком управляют женщины.
Эвелин удивленно приподняла брови. Наверняка Рори шутит!
— Разумеется, Грэм никогда не допустит ничего подобного, — все еще ухмыляясь, добавила Рори. — Но тем не менее они страшная сила. Кому-то я нравлюсь, кому-то — нет.
Эвелин долго вглядывалась в лицо Рори.
