Ты и впрямь неплохой самурай, как для гайдзина…
Джек напрягся. Он-то думал, что Такуан ведет себя по-дружески, и уже начал терять бдительность. Сейчас тот показал свое истинное лицо.
— Прошу прощения… я хотел сказать «для чужестранца», — поправился Такуан. — Там, откуда я родом, не очень любят твоих собратьев.
— Моих собратьев?
— Христиан. У нас есть несколько иезуитских священников, и они всех пытаются обратить в свою веру. Настаивают, чтобы мы им подчинялись и служили Иисусу Христу, а не императору. Самураи недовольны и считают это угрозой для его власти.
Я уверен, что ты не хочешь ничего подобного.
— С чего бы мне хотеть? — Джек скрестил руки на груди, словно обороняясь. — Я не иезуит и не португалец.
— Я думал, ты христианин. Это не одно и то же?
— Нет, я английский протестант. Иезуиты — католики, и Англия воюет с Португалией. Мы заклятые враги, и я никого не хочу обращать в свою веру.
— Я вовсе не о том хотел поговорить. — Такуан низко склонил голову. — Пожалуйста, прости мое невежество.
— Ничего, ты же не знал, — примирительно ответил Джек.
Он уже разобрался в тонкостях японского этикета. Извинения считались в Японии доблестью. Если кто-то извинялся и выражал искреннее сожаление, японцы охотно прощали.
— Спасибо, — улыбнулся Такуан, поглаживая кобыле шею. — Залезай в седло. Начнем первый урок?"
"Джек стал рядом с лошадью, поставил левую ногу в стремя и схватился за седло. Раньше ему всегда подавали руку — Кума-сан или кто-то другой, — и сейчас он никак не мог взобраться.
Всякий раз, когда он пытался запрыгнуть на лошадь, та отходила в сторону.
Такуан взял кобылку под уздцы.
— Не подтягивайся на руках. Оттолкнись правой ногой. И поднимай ее повыше, чтобы не задеть лошадь и не удариться самому.
Джек попробовал и, к своему удивлению, моментально оказался в седле.
— Отлично, — похвалил Такуан. — Теперь сядь прямо. Как и в боевых искусствах, тут важно держать равновесие.
Джек заерзал, пытаясь устроиться поудобнее. Ему было высоко и неуютно. Ездить верхом он боялся с тех пор, как упал с лошади Кума-сан.
— Не нужно напрягаться. Лошадь непременно почует беспокойство или страх. Покажи ей свою уверенность.
Такуан подал поводья и привязал к уздечке корду.
— Уже лучше. Теперь слегка сожми колени и одновременно чуть наклонись вперед. Для лошади это команда идти.
Джек последовал совету, и кобылка потрусила по тропе.
— Видишь! Ничего сложного.
— Спасибо за помощь, — сказал Джек, немного жалея, что не доверял Такуану.
