Юсупов. Серое Братство

Потому что у человека одна душа.

Я испытующе взглянул на девушку, ожидая ответа. Но она только уточнила:

— А у кого вы видели подобное, Василий Михайлович?

— У вашего коллеги Волкова. И я в этом совершенно уверен. А также я видел это у охраны корпуса лекарни, когда мы ходили к Гольянову, — ответил я. — Причем второй силуэт был не белый, как обычно. А скорее, грязно-серый.

Виктория нахмурилась и покачала головой:

— Такого не может быть.

— Не может, — согласился я. — Но это есть.

Девушка замолчала. Очевидно, что она не хотела говорить со мной о своем приятеле. А пытать ее я не собирался. Потому я снова прикрыл веки. И задремал.

* * *— Прибыли, Василий Михайлович.

Я открыл глаза. Авто стояло на территории особняка."

"— Не хотела вас будить, но выволакивать вас из машины не взялась. К слову, я думала, что вы будете храпеть. Я смогу записать это на видео, и пользоваться этим компроматом.

Девушка усмехнулась и неуверенно мне улыбнулась.

— Знаете, вам очень идет, — расслабленно заявил я

— Что именно? — напряглась девушка.

— Когда вы улыбаетесь, то становитесь особенно очаровательной.

— Вы считаете меня таковой? — растерянно уточнила Виктория, и на ее щеках появились красные пятна.

— Простите, если я вас этим обидел, — сразу же отозвался я.

— Ничего подобного, — буркнула Муромцева. — Просто я не пытаюсь вам нравиться.

— Поверьте, у вас получается нравиться без особого труда.

— Вам никто не поверит, — моя спутница отвернулась.

Я вышел из машины и осмотрел фонтан. Скульптуру очистили от растений, а сам резервуар под воду отмыли ото мха и плесени. Светлый мрамор явил золотистые прожилки и вкрапления, о которых я уже успел позабыть. Все же стоит подключить воду, чтобы она струилась в чашу, создавая приятное журчание.

Из гостиной доносились голоса. Пётр и граф Толстой играли в шахматы, оживленно обсуждая новости. Заметив меня, дядя покачал головой и переставил одну из черных фигур на доску, продолжая придерживать ее пальцами:

— Что смурной такой? Опять работать заставили?

— Да, — рассеянно отмахнулся я. — Добрый день, Григорий Павлович.

— Добрый день, — с улыбкой ответил гость.