В результате никто не заметил общих черт, характерных для всех этих убийств, и связи между этими преступлениями установлено не было.
Последнее убийство с характерным для Ленга почерком случилось в 1935 году. После этого в Нью-Йорке произошло множество убийств, но ни в одном из них не было тех «странных повреждений», которые служили как бы личной подписью доктора Эноха Ленга.
Смитбек произвел в уме быстрый подсчет. В Нью-Йорке Ленг появился в семидесятых годах, видимо, молодым человеком лет тридцати. Следовательно, в 1935 году ему было около семидесяти.
Итак, почему же все-таки прекратились убийства?
Этот вопрос не вызывал сомнений – Ленг умер. Правда, некролога Смитбек не нашел, но, поскольку Энох Ленг избегал внимания к своей персоне, появление некролога было маловероятно.
«Таков конец теории Пендергаста», – подумал Смитбек.
Однако чем больше он думал, тем больше сомневался в том, что Пендергаст искренне верил в подобный абсурд. Подбросив эту чушь, агент ФБР явно преследовал какие-то только ему ведомые цели.
Этого типа всегда отличали изобретательность и умение находить неожиданные ходы. Не говоря уж о его скрытности. Истинные намерения специального агента остаются для других тайной. Смитбек решил обязательно поделиться с О'Шонесси своими умозаключениями. Коп, несомненно, успокоится, поняв, что с головой у Пендергаста все в порядке.
На всякий случай Смитбек просмотрел подшивку еще за год, но некролога так и не нашел. Получается, что этот парень не оставил в истории даже своей тени.
Журналисту почему-то стало страшно.
Смитбек посмотрел на часы. Пора кончать. Он провел в «морге» безвылазно десять часов.
Но старт оказался многообещающим. Одним махом ему удалось обнаружить полдюжины нераскрытых убийств, которые могут быть приписаны Ленгу. До того как редактор начнет требовать результат, у него остается еще пара-тройка дней. А может быть, и больше, если он сумеет показать, что в куче дерьма, которую он разгребает, встречаются жемчужные зерна.
Смитбек поднялся с очень удобного кресла и удовлетворенно потер руки.
Теперь, когда он изучил все то, что было известно о Ленге обществу, можно было переходить к личным документам доктора.
Из газет он выяснил, что Ленг работал в музее в качестве так называемого исследователя-гостя. Смитбек знал, что в то время все посторонние ученые, чтобы получить неограниченный доступ к собранию музея, подвергались тщательной проверке. Проверялись как их личность, так и академические успехи.
