Кадетский корпус. Книга вторая

Я тоже без пищи не останусь, ночью поставлю удочки, да и рука стремительно заживает. Уверен, перелома нет, вскоре смогу опять лазать по деревьям и скалам, а там доберусь до своих запасов. В общем сейчас важнее ускориться, чтобы не получить новые штрафные баллы, без того результат не ахти какой, из трех миссий выполнил две и руку травмировал, если так пойдет дальше, то мне из «Тайги» не выбраться.

— Ну до встречи, — прощаюсь с девушкой.

— До встречи, Миш, — получаю еще один чмок на прощание и не оглядываюсь ухожу вперед.

Ивлева двинет к центру своего квадрата и будет ждать сигнала, а мне еще топать будь здоров, особенно учитывая, что придется обходить свой заповедный лес. Так что, как только расстались, взвинтил темп, до того сдерживался из-за Кати, а сейчас перешел почти на бег. Чередуя быстрый шаг и трусцу, можно выдать вполне приличную скорость. Опять же мне теперь не нужно обходить упавшие бревна или медленно преодолевать русла ручьев, прыгаю, кручусь, мчусь на грани благоразумия и неоправданного риска…

Как это ни странно, но Москалев сумел собраться.

Повеса легко справился с испытаниями, как только окончательно убедился в том, что всесильный папочка ему не поможет. Природного физического здоровья и магического таланта у Петруши было хоть отбавляй. Последнее скорее всего от маменьки, папа сумел жениться на представительнице древнего рода, из приданного только геральдическая бумага да пара ношеных туфель, но зато шарм, апломб, умение тратить деньги на наряды и самое важное — генетика!

По материнской линии у Петра Москалева было много славных предков.

Вот и ему досталась часть драгоценных генов. Дар магический проявил себя в срок, не выдающийся, но и не посредственность, крепкий середнячок, а при должном усердии можно и на другие высоты претендовать. Кадет, записанный в отстающие, ошибочно получал меньше всего проблем, надо ведь дар подстегнуть к развитию, а не уморить испытаниями. В итоге здоровый и крепкий Москалев вышел на «арену» почти без потерь.

Здоровый бугай вспомнил ухватки и науку своего деда, который вроде как в годы юности промышлял разбоем в лесу, хунхузов заезжих грабил, да старателей, незаконно моющих золотишко, избавлял от пагубной тяги к драгоценному металлу. Понятное дело старик многое знал и свои специфические навыки передал любимому внуку, причем передавал прямо в лесу, водил мальца в походы, тренировал. В итоге на поверку Москалев оказался подготовлен к испытаниям не хуже многих.