Кафедра

Первым очнулся я. Всё тело болело, словно меня вчера пинала толпа неслабых бойцов. Кряхтя поднялся, принял холодный душ и заварил себе крепкий кофе. Вскоре ко мне присоединился и Иван Игнатьевич. В отличие от меня, есаул был бодр и свеж.

— Ну что, Родя⁈ — довольно заявил он. — Готов проводить меня в последний путь⁈

— Не вижу причин для радости, — пробурчал я. — Как себя чувствуешь?

— Словно заново родился. Дай подковку — руками её разогну. Вот что правильная пьянка с человеком делает! А то, что не строю кислую мину… Чего ж расстраиваться? Да, шансы помереть сегодня огромные.

Только уже не раз с жизнью прощался. Привык. Да и что такое смерть? Вжик — и ты на том свете. Страшнее был бы позор, если б струсил. Вот с ним долго мучиться придётся. Об одном только жалею: с Аннушкой лишь за ручку подержаться успел и поцелуйчик в щёку получить от неё. А там такие прелести под платьем спрятаны!

— Слушай, Игнатьич, угомонись ты со своей Анной! — взмолился я. — Уже достал описывать всякие выпуклости этой училки.

Мне она уже заранее не нравится, так как из-за неё сегодня можешь погибнуть.

— Дурак ты, Родя, но это от неопытности. Ладно, давай быстренько перекусим и пора в Дуэльный Клуб ехать.

Перекус вышел на славу. Есаул практически полностью сожрал все мои запасы продуктов. А их было на несколько дней припасено! Напрягшись от такого зверского аппетита товарища, незаметно просканировал его состояние. Вроде человек как человек. Ничего от Сущности в нём не наблюдаю. Но по всем статьям ведёт себя так, словно стимуляторов наглотался.

Как бы медкомиссия в Клубе боком не вышла…

Волновался я зря. После реально долгого обследования состояние есаула Кудрявого Ивана Игнатьевича медики признали годным, не найдя в организме ни болячек, мешающих вести поединок, ни запрещённых препаратов, способных повлиять на дуэль. Даже следов алкоголя не нашли! Странно. После такого возлияния отголоски выпитого должны были остаться.

Дальше началась натуральная тягомотина. Саблю есаула чуть ли не под микроскопом изучали, документально фиксируя её длину, толщину, вес.

Да что там вес⁈ Каждую царапинку описывали несколькими предложениями! Потом принесли дуэльный договор на пару десятков страниц. Я запарился его читать и ставить вместе с Игнатьичем подписи на каждом листе. Думал, на этом всё закончится. Нет!

Длительный инструктаж от важного старикана растянулся минут на сорок, повторяя основные правила поединков. Мол, бой исключительно Даром и клинками.