Кафедра странников

— Один всплеск? — после короткой паузы уточнил Сантьяга.

— Благодарю, — задумчиво произнес комиссар. — Пожалуйста, продолжайте расчеты. Постарайтесь, если получится, смоделировать процесс. Возможно, вы сможете определить координаты всплеска.

— Разумеется, комиссар.

— Кстати, мы правильно поняли? — зачем-то спросил Доминга. — Это прокол дальнего перехода?

Черные глаза предсказателя не отрывались от белой воронки.

— Да, вы все поняли правильно, — согласился Сантьяга. — Большая Дорога снова открыта.

 — Он помолчал. — Странники вернулись.

— Марксистская, — громко прочитал Фома название, нахмурился, задумчиво погладил бородку, словно припоминая, а затем его брови чуть приподнялись, демонстрируя легкое удивление. — Гм… Его еще читают? — Он перевел взгляд на прямую, словно арбалетный болт, улицу, по которой сновали редкие машины, и повторил: — Марксистская. Занятно… Что же, черт побери, у вас случилось?

Если этот вопрос и был обращен к немногочисленным прохожим, то они на него никак не отреагировали.

Слова повисли в воздухе, оставив Калеку наедине с его недоумением. Впрочем, живые серые глаза Фомы выдавали в нем человека предприимчивого, и не оставалось сомнений в том, что рано или поздно он сумеет удовлетворить свое любопытство. Пока же Калека, не обращая никакого внимания на косые взгляды, которыми москвичи награждали его развевающиеся на ветру кружева, вышел к мостовой и огляделся. С одной стороны Марксистской застыли в строю грязно-фиолетовые дома, между которыми затесалась сравнительно новая сероватая башня, выполненная с претензией на High-Tech. Противоположный берег улицы оккупировали низкорослые ящики, неказистые и лишенные даже намека на архитектурные излишества. Калека посмотрел на них с жалостью.

— Кто догадался построить эту гадость в центре города?

Унылость построек немного скрашивали опоясывающие первые этажи разноцветные вывески, одна из которых, зеленая и солидная, привлекла особое внимание Фомы.

«Сбербанк».

— Деньги, как я понимаю. — Калека почесал бровь. — Это любопытно.

Фома окинул фасад банка оценивающим взглядом, усмехнулся и уже почти сделал шаг по направлению к центру сбережений, когда прямо рядом с ним резко остановился массивный автомобиль.

— На кой пень тебе бабло, брателло? Мы же кемарить на хату едем! — Пиявка удивленно посмотрел на напарника. — Чего тормозим?

— Я Гансу должен, — хмуро ответил Борщ. — Он в десять притащится.