Кафедра странников

— Именем Посейдона, повелевающего силой великой…

Сантьяга, де Лаэрт и Снежана старательно запомнили последовательность церемонии наложения Печати, но, несмотря на похвальную внимательность, ее суть осталась за пределами их понимания. Классические маги не в состоянии уловить смысл в аккуратных, до миллиметра выверенных движениях геоманта, понять тайны легкого движения пальцев по обнаженному телу девочки, тайны жестов и слов. Матвей Близнец стоял на другом уровне, не более сильном или мощном, нет, просто — на другом.

На том, на котором классическая магия теряла смысл, превращаясь в тонкую ниточку, вплетенную в ткань Вселенной. В одну из миллионов ниточек, которые послушно расплетались по приказу геоманта, чтобы создать новое, нужное ему покрывало. Чтобы по-другому укутать в это покрывало маленькую худенькую девочку, мечтающую о путешествиях по островкам Великой Пустоши.

Сантьяга, де Лаэрт и Снежана могли запомнить, но не могли понять.

Им не было дано.

Зато они почувствовали энергетический вихрь, который Лариса обрушила на закричавшую Лену. Они ощутили — не могли не ощутить — колоссальный поток, пронзивший тело девочки. Мощный, неудержимый поток, намертво запечатлевший Печать на теле Лены и навсегда связавший ее с полотном Вселенной.

Раскаленные иглы разорвали хрупкую плоть, принеся дикую, невозможную боль.

Выданная Близнецом таблетка слегка заглушила адское пламя, но ни одно средство в мире не было способно обезболить эту пытку. Таблетка смягчила удар, но только смягчила, и пронзительный крик Лены острым ножом царапнул по душе Матвея.

Она не слышала Близнеца. Она каталась по расстеленному на полу одеялу и кричала. А он мог только шептать слова утешения:

— Ты справишься! Ты сильная!

Энергетическая волна прошла сквозь девочку за доли мгновения, формирование Печати шло чуть медленнее — примерно тридцать секунд, но открыть глаза Лена сумела лишь через десять минут после кульминационного момента церемонии.

Открыть глаза и понять, что после ТАКОГО испытания можно уже ничего не бояться.

На левой стороне груди Лены лежала Печать. Матвей осторожно прикоснулся к черным символам и с улыбкой прошептал:

— Добро пожаловать на Кафедру, Странница.