Кафедра зельеварения

Это должно вселить в магистра уверенность, что дочь думает об учебе! И очень переживает. Не идет вода – что может быть важнее?

А там – по ситуации. Наверняка он и сам что-то расскажет. Стол главы гильдии, заваленный всякими бумагами, также нельзя сбрасывать со счетов. Магистр часто записывает свои мысли. Почерк она знает. Так что надо быть начеку и смотреть во все глаза.

Мама… Спина прямая, руки сжаты в кулаки. А в глазах… слезы?!

– Дженни… – глухо прошептала Кара.

Дочь порывисто обняла ее, не обращая ни на кого внимания.

– Что случилось? – прошептала она на ухо матери.

– Я не буду об этом говорить.

– Мам. Ты же знаешь, я или все узнаю, или выдумаю сама. А с моей фантазией… Будет лучше, если ты сама все расскажешь.

Маска улыбнулась. Слабо, нерешительно, но все-таки улыбнулась!

Руки в перчатках пробежались по золотым слиткам вокруг дочкиной головы. Какая… красивая прическа! Такая же была тогда, во время церемонии. И этот крик: «Мама!»

– Дженни, я тебя люблю, – вырвалось у нее.

Они долго стояли, обнявшись, а когда Кара уходила – обычные дневные дела никто не отменял, – было уже легче.

У нее есть дочь. Дочь. Доченька. Умница. Красавица. Но… что-то было не так! Обычно Джен просто собирает непослушные кудри, парными кинжалами закалывая их с двух сторон. И ходит в брюках. А сейчас – аккуратная прическа, безупречно отглаженная заклинанием мантия, и выражение лица… Куда она идет? Что задумала?

Личные проблемы тут же ушли на второй план.

Дженни шла, прокручивая мысли в голове. Так.

Мама ей ничего не сказала. Но шла она явно от боевиков. И если папенька… Ну, держись!

Когда студентка Джен Ярборро в мантии и туфельках, с убранными волосами и потупившимся взглядом неспешно подходила к лестнице, ведущей к кабинету главы гильдии боевиков, ей на глаза попалась сияющая Кларисса в сопровождении вездесущей свиты. То, что Рины не было, казалось, никто из них даже не заметил.

– Добрый день, Дженни, – любезно проговорила юная аристократка.

– Дженни, подожди, пожалуйста. Тебе не трудно на минутку задержаться?

Ей трудно! У нее дело важное, и никакого желания болтать с подобными личностями.

– Я хотела сказать. Мне жаль, что у нас не сложились отношения. Но я очень хочу с тобой подружиться.

– А-ах! – умиленно выдохнули девчонки, в полном восторге от великодушия предводительницы.

– Даже так? Отчего такая щедрость?

Джен склонила голову набок, глядя сокурснице в глаза и не веря ни единому слову.

Кларисса не была ни красавицей, ни уродом.