Кафедра зельеварения

В их звоне магу слышались нежность, благодарность, легкое смущение и… радость!

Тонкие пальцы девушки скользили по длинным волосам. Перепутанные за ночь, они становились гладкими и послушными. Магия – не иначе!

– Ты подсматриваешь… – засмущалась Шарль.

– Давай останемся дома, – неожиданно вырвалось у него. – Запрем дверь, будем лежать, обнявшись. Слушать дождь. Слушать, как поют твои браслеты.

Легкая улыбка скользнула по губам девушки:

– Но… это же неправильно.

– Ты уйдешь… Дела все равно призовут. А я буду скучать.

Хандрить. Томиться. Такая женщина будет тебе в тягость.

– Ты мудра, моя рапи, – вздохнул он, признавая поражение.

Маг поцеловал любимую, чувствуя, что не хочет ее отпускать.

Диггори Рийс открыл портал, и Шарль упорхнула. Растворилась, будто тень. Будто ее и не было. А он… Он остался наедине с дождем, который вдруг просто монотонно застучал по стеклу. А ведь только что подпевал волшебным браслетам. Еще мгновение назад капли, барабаня по крыше, старательно выстукивали ритм песни артефактов рапи! Или… нет?

Шарль постояла под ледяными струями воды, стараясь выкинуть из головы все, связанное с этой ночью.

Переоделась. Вышла в общую гостиную, окунулась в привычный гомон. Тридцать девчонок, собирающихся на занятия, – это не просто так. Поздоровалась. Улыбнулась. Проигнорировала.

Зашла к Иве и обомлела. Подруга сидела на кровати в голубом платье. События вчерашнего вечера всплыли в памяти: она попросила браслеты вплести жемчуг в белокурые локоны, счастливая Джен принесла какой-то сверток небесно-голубого цвета, Ива, похожая на принцессу…

– Ива? Ивочка… Ты… ты меня слышишь?

Девушка, улыбаясь, сжимала в руках огромную секиру, украшенную чеканкой в виде маленьких цветов, похожих на звездочки.

Дивная работа! На Рапи́ри Шарль ни разу не видела ничего подобного.

– Доброе утро! – Ива все так же улыбалась, даже не взглянув в сторону герцогини.

Рапи отступила за дверь и понеслась к Дженни узнать, что, собственно, происходит. И – самое главное – что со всем этим делать?

В комнате принцессы ей зло улыбнулся ядовитый опоссум.

Сколько у него зубов! И какие… острые! Раньше она их как-то не замечала.

Чай в передничке сервировал стол.

– Явилась! – маленькие глазки как будто укусили девушку. – Я, когда подписывался вам помогать, договаривался, что это вы меня потчуете! А не я слежу за тем, чтобы вы, влюбленные курицы, позавтракали вовремя!

– Прости, Чай! – раздался из спальни голос Дженни.