Кафедра зельеварения

И, кроме изменников, там никого никогда не будет! Никого и никогда, – продолжал Вильям Ярборро, заботливо пододвигая супруге кресло поближе к камину, взглядом умоляя ее присесть.

– Есть вопросы дисциплины! – не сдавался боевик, понимая, что уже проиграл. – А ваша внучка и ее подруги их постоянно нарушают! Они просто не желают понять…

– Алан! Еще несколько слов в подобном тоне, и в Казематы отправишься ты! – теперь уже король повысил голос.

– Позавтракали… – простонала королева.

– А почему меня в Казематы? Я – не изменник!

Эмма не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть.

Боль толстой иголкой воткнулась в сердце. И вертелась там, крутилась. Пыталась угнездиться. Женщина не могла даже позвать на помощь. Только губы складывались в беззвучное:

Ярборро увлеклись своим семейным скандалом и больше ни на что, казалось, не обращали внимания, как вдруг Алан что-то почувствовал. Резко замолчал посреди фразы. Замер. Вслушался. Крылья носа затрепетали, лицо побелело.

– Дженни… она… сорвала защитный амулет.

Джен сорвала кулон, когда почувствовала, что земля уходит из-под ног.

Проваливаясь в пустоту, понимала – успела.

Ее со всей силы бросило обо что-то твердое. Два тяжелых, глухих удара рядом – последнее, что осталось в памяти.

Медленно, нехотя вновь включилось сознание. Руки. Ноги. Чувствую. Все в порядке. Свет – значит, вижу! Ива. Шарль. Живы!

По браслетам рапи тонкой струйкой текла кровь и капала на каменный пол, тут же смешиваясь с пылью и превращаясь в черные шарики.

Ткань на плече Ивы была порвана, рука, плотно прижимаясь к телу, пряталась в складках мантии. Поранилась?

Но больше всего ее удивило, что по лицам девушек ползли полоски синего света. Она попыталась встать, увидела такие же у себя на руках. Да что это та…

С ладоней Василены змеились плети, источая мертвенно-голубой свет. Вот что отражалось на лицах и ее руке! Чем бы это ни было, оно обвивало пространство вокруг них на расстоянии шага-двух, образуя что-то вроде клетки.

Стихии не отзывались, но Лорени как мог пел, предупреждая об опасности. Тихо, малыш, тихо… Я вижу. Вот только сделать ничего не могу. А ты? Магия рапи жива?

Тьма не отзывалась, но Джен ее чувствовала. Ива не убирала руки из-под мантии.

– Тетя, что происходит?

Голос Ника. Хриплый. Слабый. Джен повернула голову и увидела Сирракву. Он пытался встать на ноги, цепляясь за каменные выступы.