Кайа. История про одолженную жизнь (том Пятый, часть Первая) (СИ)

 — покачав головой, произнесла Мила. — Использовать аппаратуру уборщика, чтобы шпионить…недурственный полет технической фантазии.

Сидящая и щиплющая свою губу Роза глядела на меня, о чем-то задумавшись.

Я подмигнул ей, и этот жест она заметила, улыбнувшись в ответ.

Получив дозволение, в зале объявилась официантка, прикатившая тележку с чаем, кофе и всякой выпечкой. Расставив на столе посуду, она быстренько покинула помещение.

Я захрустел чем-то, напоминающим сушку и задумался. Впрочем, чересчур долго быть наедине с самим собой мне не позволили.

— Кайа, о чем задумалась? — поинтересовалась царская любовница, помешивающая ложечкой свой кофе.

— Об убитой теми сволочами тетушке и умершей бабушке, на чьи похороны я не сумела прийти, чтобы проводить их в последний путь. О своей родной матушке, чью могилу я до сих пор не удосужилась посетить. — я поднял взгляд от стола. — А также о тех людях, которые спасли меня. Это же не вы их послали, госпожа?

— Учитывая все произошедшее, уверена, что твои почившие родственники совершенно не в обиде на тебя, а наоборот радуются на небесах, что ты осталась жива…

Ага, особенно рада бабка.

—…это настоящее чудо. Хотя согласна, тебе стоит уважить предков и посетить их могилы при первой же возможности, а также помолиться и поставить свечи за упокой их душ, ибо человек, не уважающий своих родителей и предков — это никчемный человек. А что же до тех людей, которые спасли тебя…

Поднеся к губам чашку, она сделала несколько глотков.

—… мне доподлинно неизвестно, кто они, хотя я и догадываюсь…

Дама Кристина поманила меня к себе и когда я присел подле нее…

Она зашептала мне на ухо.

Царская любовница съела пирожное, запив его кофе.

— А я всегда думала, что это лишь городская легенда. — произнесла Прислужница. — Обычная страшилка…

Инструмент в руках Государя для сведения личных счетов с кем угодно…

Впрочем, она же сказала: «в том числе», а значит, и функционал этих «тайных людей» не ограничивается только лишь устранением неугодных для императорской четы, но это они и сами продемонстрировали, завалившись на «малину» к религиозным экстремистам.

Из памяти вновь всплыл образ того типа, отстрелившего мне палец. Да, практически уверен, что инструмент этот в какой-то мере подвластен и Государыне тоже. И если это действительно так, то, значит, что и власти у нее поболее, чем у дамы Кристины.

Царская любовница замолкла, и я скосил на нее взгляд.