Причем сделать все нужно таким образом, чтобы никто из посторонних…из тех, кто теоретически может «слушать эфир» (или если потом вдруг поднимет записи наших разговоров)…ни о чем не прознал.
Впрочем, обладания этим инструментом лишить меня она не сможет. Равно как не сможет и читать переписку прочих лиц, пользующихся оным. Ну а то, что будет в курсе…что ж, такова цена."
"И я принялся диктовать адрес иностранного удаленного хранилища, где разместил одну из копий своего мессенджера.
— … а пароль…ты же не забыла, на чем мы все играем? — спросил я.
На короткое время повисла тишина.
— Не забыла.
— Вот и отлично! Там же найдешь краткую инструкцию. Все, жду!
Закончив разговор с приемной матерью, в несколько крупных глотков допил газировку и выкинул в урну банку, а затем вернулся к папаше.
— Поговорила? Можем ехать дальше?
— Поехали.
Он протянул ко мне руку, ну а я передал ему ставший теперь уже ненужным видеофон.
В авто.
Приемная родительница не заставила себя долго ждать. Судя по навигатору (новшество, которого ранее здесь я еще не видел, а значит, гражданская спутниковая навигация, пусть и в урезанном пока виде, уже работает…хотя, быть может, папаше доступна и военная), мы не проехали и четверти пути до госпиталя, как от нее пришло сообщение…
Москва:Здесь.
…и я, прочтя его, сразу же убрал из удаленного хранилища копию мессенджера, а затем поинтересовался…
Мюсли:Кто был виновником того, что мой сказочный конный кортеж полетел в пропасть?
… на тот маловероятный случай, если вдруг это все же не маман, однако…
Москва:Стадо коз.
…ответ последовал незамедлительно.
Удостоверившись в том, что говорю действительно с Женей, поведал ей о своем предчувствии скорого убийства царевен.
Как и предполагал, после происшествия с «плодоразрушителем», отмахиваться от моих слов она не стала.
Москва:Ты кому-нибудь еще об этом рассказала? Даме Кристине?
Мюсли:Нет, я никому, кроме тебя, не говорила. Однако кое-кто все же может быть в курсе того, что ты теперь знаешь…
И я поведал матушке о том же, о чем и папаше чуть ранее.
Мюсли:…а насчет конкретно этого в курсе теперь еще и папа. Это все, что я хотела сказать.
Москва:Ты приняла самое правильное и лучшее решение в своей жизни. Чудесно, что в этот раз ты обошлась без самодеятельности. Однако, отныне все тобою сказанное — секрет Семьи и государства.
Мюсли:Это я уже поняла. Что мне сказать папе?
Москва:Что я запретила говорить на эту тему.
Засим наш разговор и завершился.
