– Что ты вытворяешь? – Я яростно дернула рукой.
– Импровизирую, – прозвучало нахальное в ответ. – Ты же специалист по этой части. Так что тебе должно понравиться.
Мне? Мне понравится быть прикованной к нагломагу, которого приставили для того, чтобы следить за мной?!
– Издеваешься?!
Вопрос остался без ответа, потому что Илар развернулся и преспокойно направился к своему лежаку. Цепочка, соединяющая нашли браслеты, удлинялась с каждым его шагом. Вот только это меня ни капельки не утешило!
– Я к тебе вообще-то обращаюсь!
Полуэльф замер на полушаге и небрежно обронил:
– Потише.
Принца разбудишь.
* * *Ночь прошла в трудах и заботах. Сначала я измерила длину цепочки и выяснила, что магического удлинения хватает, чтобы трижды обойти нашу поляну по кругу. Затем я вытащила из ступы сундучок и опробовала на металле несколько хитрых комбинаций из зелья и ведьмовского заговора. И каждый раз меня посещала неудача, а звенья удивительным образом обновлялись.
– Гномы гарантировали, что эту цепь не расплавить даже драконьему пламени, – донеслось сонное, когда металл зашипел особенно сильно.
– Просто потрясающая добросовестность.
– Отличное качество. – Илар приподнялся на руке. – Если бы тебя отличала та же добродетель, мне бы не пришлось использовать браслет. Элли, я не желаю просиживать ночи, гадая, вернешься ли ты в лагерь, или же тебя сожрут по дороге.
– Глупости! Я уже не раз летала по Темному лесу в ступе.
– Но принцессу умыкнула в первый.
Если ты забыла о тени из конюшни, вороньей стае, туче и волкоглотах, то я прекрасно о них помню.
Я засопела и снова принялась перебирать свои склянки. Возразить было нечего. Но это же не причина, чтобы привязывать меня к себе! Что скажет Габриэль, когда увидит? А что подумает Миллисандра?"
"– Ежки-поварешки, – прошептала я. – Милли, надеюсь, ты сейчас наблюдаешь за нами в зеркало и поймешь, что в ближайшее время я не смогу к тебе прилететь.
Проступившее из сундучка лицо Иова заставило меня вздрогнуть и захлопнуть крышку.
– Прости. Не хотел тебя напугать, – заговорщически прошептал призрак. – Я могу передать Миллисандре твои слова.
– Было бы здорово.
– Не переживай. Я мигом. Одна проекция тут, другая там.
Иов и правда остался на полянке. Когда я открыла сундучок, то в нем опять обнаружилась полупрозрачная голова неупокоенного художника. Выглядело жутковато. Наконец Иов отмер и посмотрел на меня.
