Выбралась из ступы, прошла немного по тропинке, а в спину вместо отборной брани и метких замечаний прилетело:
– До чего же мы рады тебя видеть!
Приветливый возглас березы подхватила осинка:
– Давненько в нашу чащу не захаживала такая замечательная ведьма.
– Не иначе как избранная! – бойко подхватил кустик шиповника.
От последней фразы у меня по спине пробежал холодок. Чаща намекала, что лес выбрал меня своей Хозяйкой. Размечтался! Спешу и падаю в башню заселяться! В остальном же Воющую чащу можно было смело переименовывать в Обитель сладких речей.
Когда сквозь голоса деревьев до меня донеслось укоризненное ворчание, я довольно хмыкнула.
– Вот видишь, совсем никудышная из меня Хозяйка выйдет. Я хоть и ведьма, а добро ценю. Отпусти по-хорошему, и я его никому причинять не буду.
На краю сознания снова раздался ропот. Видимо, дремучий дух не внял моему предупреждению. Зря это он, очень зря, потому что следующий визит я собиралась нанести волкоглотам. Интуиция подсказывала, что Арнелль уже с ними встречался.
Но не упускать же возможность хорошенько подшутить над теми, кто еще недавно вселял в тебя ужас? Изменить кровожадную сущность ночных тварей я не могла, а вот слегка изменить облик и поиграть красками – запросто. Найти бы еще цель.
Долго искать не пришлось – волкоглот сам меня настиг. Напасть не напал, но внезапного прыжка из сумрака хватило, чтобы с моих губ сорвался заговор мгновенной заморозки.
– Вот так… – еле слышно выдохнула я, утирая со лба пот.
Как бы мне эта выходка не вышла боком.
Еще решит дремучий дух, что ему и даром не сдалась такая хозяйка, и… спасать Арнеллю будет некого. Мысль о Нелли помогла мне взять себя в руки и напомнила о конечной цели.
– Сидеть! – рявкнула я, заметив, что волкоглот пытается разорвать паутину заговора.
Что ж мне с тобой такого сотворить? Чтобы и друзьям не стыдно было предъявить и путникам случайным показать. А впрочем, надо творить, а там видно будет."
"Результат заставил меня удивленно икнуть, а подкравшийся Иов так вообще из рук альбом выронил.
– Ты ко мне? – кратко поинтересовалась я.
– Собирался, но лучше зайду попозже, – пробормотал призрак, не сводя взгляда с волкоглота. И посмотреть было на что! Шкура волкоглота теперь пестрела ярко-фиолетовыми полосками, зрачки из алых стали небесно-голубыми. Еще бы норов кровожадный усмирить…
– Поторопись. Он скоро перестанет изображать из себя идеальную модель.
Иов радостно закивал и принялся делать набросок. Если успеет – изобразит в цвете.
