– Я… я… могу написать опровержение, – я поняла, что нет смысла юлить.
Нэйтан Лоури прекрасно все знает. И, вероятно, прогулка мимо моего дома была совсем не случайной.
– Люди верят плохим новостям, а не хорошим. Никто в ваше опровержение не поверит. Тем более, вы вроде как уволены?
– По вашей вине!
– Не по моей, а по своей… Эту статью писали вы, а не я.
– Я могу написать такое опровержение, что все поверят! – убеждала я, злясь на то, что весь мой план полетел коту под хвост. Знала бы, даже на порог этого типа не пустила!
– Меня не интересует опровержение, – в глазах Нэйта вспыхнуло недовольство.
– Вы станете моей невестой, Агата Ксавье. И будете самоотверженно любить меня во всех публичных местах.
– Ни за что! – от переизбытка эмоций я вскочила на ноги.
Нэйтан последовал моему примеру. Как только мы оказались лицом к лицу, я поняла, что он выше меня на полголовы.
– Тогда вы не вернете свое рабочее место, и вас не возьмут ни в одну газету.
– Возьмут!
Он насмешливо выгнул свою бровь, и я прочитала в его глазах издевательское «ты действительно так думаешь?».
– Ты станешь моей фиктивной невестой и исправишь то, что натворила, Агата. А я верну тебе твою любимую работу и, ко всему прочему, помогу раздобыть настоящие сенсации, а не жалкие сплетни.
Дверь в комнату открылась, и на пороге с подносом в руках появилась Элиза.
– Вот ваш виски со льдом, Нэйтан, – объявила моя подруга.
Нэйтан шумно вздохнул и, ухмыльнувшись, заявил:
– Я просил его не для меня, а для сеньоры Ксавье.
Глава 3
Нэйт
Сам не понял, как это произошло.
Но смеяться из-за этой ситуации хотелось в голос. Я держался. Изо всех сил. Даже когда Агата протянула своей подруге уже опустевший стакан и попросила принести ещё.
– Жажда замучила? – хотелось почему-то довести эту любительницу сенсаций до состояния дергающегося глаза.
Что я, в принципе, и планировал сделать в ближайшие три недели.
Ещё полчаса назад, возвращаясь из клуба, я и не думал о том, чтобы заглядывать «в гости» в такое время. Уж тем более к этой мастерице сенсаций.
Ее адрес и имя я узнал в редакции ещё в обед, а вот заявиться к ней подумывал только завтра днём. Чтобы понять, кто натравил на меня прессу. Или это было исключительно желанием Агаты Ксавье? А там бы я уже решал вопрос с ее работой.
Но «судьбоносный» ботинок, хорошенько «поцеловавший» меня в лоб, заставил мой мозг заработать в другую сторону. Когда я понял, по какому адресу нахожусь, чуть не расхохотался от этих превратностей судьбы.
