Не требовательном, а нежном. Я продолжала плотно их сжимать, и тогда Дариел аккуратно надавил большим пальцем на подбородок, подталкивая меня приоткрыть рот. Его действия слабо походили на безумные. Сложилось впечатление, что брюнет превосходно контролировал себя. Его вкус, такой сладкий и одурманивающий, подействовал на сознание подобно хмелю.
Былой испуг, что мужчина может причинить мне вред, исчез. Шестым чувством я понимала, что оттолкни его теперь, он уступит, не будет ни к чему принуждать. Даже к объятиям.
Стоило об этом подумать, как его язык осторожно проник внутрь и, не встретив сопротивления, скользнул глубже, коснулся моего языка. Эта ласка ошеломила меня, заставила сердце сперва замереть, а затем забиться в бешеном ритме. Со мной никогда не происходило ничего подобного. Я не знала, что поцелуи бывают такими опьяняющими, хотя небольшой опыт у меня все же имелся.
Я сдалась, начала таять в кольце мужских рук. Мои пальцы сами потянулись к черным волосам декана, зарылись в них, взъерошивая еще больше.
И тогда мужские губы стали более требовательными и напористыми, разжигая внутри пожар невиданной силы. В какой-то момент ладонь Дариела по-хозяйски легла мне на бедро, и тело пробила дрожь. Приятное томление появилось внизу живота. Но вместе с ним пришел и страх. Страх перед чем-то новым, неизведанным."
"С каждым разом действия брюнета становились смелее, провоцируя и меня на все более решительные поступки. Я несмело касалась плеч, проводила ладонями по буграм мышц, чувствовала биение его сердца, шла на поводу у собственных желаний.
Я не принадлежала сама себе. Казалось, моя душа отделилась от тела и наблюдала за происходящим со стороны. И картина была впечатляющей — молодая девушка пылко отвечала на страстные поцелуи не менее возбужденного мужчины.
— Лилит… — раздался возле уха шепот вперемешку с хрипом. — Тебе следует немедленно покинуть мои покои. Иначе может быть поздно.
Дариел нашел в себе силы отстраниться и отойти от меня на безопасное расстояние.
Он тяжело дышал, его грудь часто вздымалась. Передо мной стоял не тот сдержанный мужчина, которого знала все это время, а другой — сбросивший с себя маску. Настоящий.
Я шумно втянула в себя воздух и закусила губу. Постепенно начали собираться воедино мысли, разлетевшиеся по задворкам сознания. И только теперь до меня дошло, что на протяжении всего поцелуя я не ощутила привкуса кофейной настойки. Но как ему это удалось? Я ведь видела опустевшую чашку.
