Но как? Едва увидела кувшин с водой, и одной загадкой стало меньше. Клементина. Больше было некому такое провернуть. Хороша актриса, ничего не скажешь. Однако Дариел превзошел всех в мастерстве игры. Зачем ему это понадобилось? Зачем поцеловал меня?
Я ходила по комнате, нарезая круги и прикасаясь пальцами к вискам. От неустанных попыток переосмыслить произошедшее жутко разболелась голова, в которой царил кавардак. Губы по-прежнему горели, напоминая о том, что следовало забыть. Но разве это возможно?
Меня мучил один и тот же вопрос: почему я не оттолкнула брюнета, когда представился шанс? Неужто помутился рассудок? Другого более-менее вразумительного объяснения своему поведению я не нашла.
А память, как назло, подкидывала все новые пикантные подробности случившегося. Вот что он теперь обо мне подумает?
Устав заниматься самобичеванием, переоделась в ночную сорочку и забралась в постель. Повертевшись около получаса, выпила чайную ложку снотворного, оставшегося от первого визита лира Толлена, и быстро погрузилась в крепкий сон.
3 дня"
"Утро не принесло облегчения. Поход в столовую превратился в испытание. Каждый шаг, приближающий меня к встрече с магом, давался с большим трудом. У двери я задержалась на пару мгновений, распрямила ссутуленные плечи, набрала побольше воздуха в легкие и ступила в светлое помещение. Во главе стола восседал хозяин дома с газетой в руке. Услышав мое приближение, мужчина поднялся, поприветствовал меня, дождался, пока я займу место возле него и как ни в чем не бывало вернулся к чтению.
Вдруг для него наш поцелуй не имел никакого значения? Может, не видел в нем ничего особенного?
Весь день я думала об одном и том же: отправиться ли к Дариелу в кабинет, поговорить о событиях вчерашнего вечера, или не стоит? Однако перед ужином мужчина и сам заглянул ко мне, чтобы сделать перевязку. Едва он опустился передо мной на колено, я заговорила:
— Как вы догадались обо всем?
Декан оставил в покое хлопковую ленту, поднял голову и сосредоточил на мне все внимание.
Его лицо вновь оказалось непозволительно близко от моего. И я ощутила непреодолимое влечение податься вперед и коснуться его губ своими. По всей видимости, вчерашнего безрассудства, а вслед за ним и угрызений совести мне показалось мало.
— Это было нетрудно. Насколько успел заметить, ты не останавливаешься на полпути, если что-то задумала. Перед отъездом лира Толлена я перекинулся с ним парой слов. Он поведал о твоей просьбе. Сложить два и два не так-то сложно.
