– Ты, на хрен, сбрендил?!
Что они будут делать, если оно почувствует, что Кэл в одиночестве, и затуманит ему мозги?! Да, он двигается быстрее, а они хуже ориентируются в лесу – если с ним что-то случится, они никогда его не отыщут!
– Я не разрешала тебе это делать. – Ее голос взвился так, что эхо боли прокатилось по голове, но Джемма не остановилась: – Хрен с ней, с пробежкой, но это!..
– Джемма, – мягко надавил Кэл. – Не время злиться.
– Ты должен был разбудить меня!
У нее болела челюсть, болела голова, она беседовала с призрачным придурком, вместо того чтобы спать, – а теперь еще и Махелона выкидывает цирковые фортели.
О, у Джеммы были все права злиться столько, сколько она хочет!
– Ты была в отключке. – Кэл успокаивающе приподнял руки, но это взбесило Джемму еще больше. – А я могу сам принимать решения.
Джемме нечего было на это ответить: если кто-то считал, что она имеет над Кэлом хоть какую-то власть, этот кто-то был полным идиотом. Тем не менее, если он хотел пободаться норовом, то Джемма могла ему это устроить.
– Ты сказал Доу, что он не может делать то, что ему вздумается, да? – чуть помолчав, деловито спросила она. Кэл вздохнул, опуская руки. – Воспитательный момент. Если мне придется тебя воспитывать, Махелона, я это сделаю. С этого момента ты докладываешь мне о каждом решении, которое хочешь предпринять, даже если захочешь пойти поссать.
– Хорошо, детка, – покорно согласился Кэл. – Договорились.
Черт. Он всегда, всегда так поступал! Кэл был куда хитрее, чем люди о нем думали, – и прекрасно знал, как вытечь из любого конфликта, словно вода сквозь пальцы.
Джемма любила это в нем – но иногда, боже, как же она это ненавидела!
– Раз с этим разобрались, теперь вы можете рассказать. – Возвращаясь к делу, она раздраженно обвела всех троих взглядом, и только Норман виновато опустил глаза. – Почему там было слово попытался.
– Ну, это просто, – ответил Кэл. – Потому что я так никуда и не дошел.
Они снова посмотрели друг на друга. Недовольство Джеммы в момент улеглось, потому что она тут же поняла: ей не понравится то, что она услышит, куда больше всего остального.
Кэл продолжил:
– Вошел в лес, двинулся по направлению к дороге… А вышел обратно к лагерю. – Он слегка развел руками. – Сколько бы раз я ни пробовал, в какую бы сторону ни шел. Я все время возвращался сюда. Думается мне, ребята… – И голосом, спокойным, таким, каким удерживают от всеобщей паники, Кэл закончил: – Что обратно нас уже не выпустят.
Вы не можете уйти. Простите.
