Если верить фильмам, то, может, ей стоит остановиться и дождаться, пока Филу приедет, застанет ее в квартире брата и уговорит остаться? Ну, исправление ошибок, верный выбор в жизни, брак, хеппи-энд, детишки. Какая там еще бывает мораль?»
Джемма захлопнула чемодан, отказываясь играть в эту игру со своим взбесившимся подсознанием.
Если даже Филу приедет, это все равно ничего не изменит.
Потому что это всего лишь сон.
– И даже не полностью мой, – вздохнула Джемма, упирая руки в бедра и оглядывая надоевшую голубую комнату.
Пусто. Ни следа присутствия Купера, но вроде бы все всегда начинается именно так. Потом он просто… появляется. Как это вообще работает?
Дождь бился в стекло, но как-то тихо, глухо, словно обычный дождь, а не стук по ту сторону двери. Да тут ее и не было: гладкая голубая стена была пуста, если не считать вешалки с детской оранжевой волейбольной формой. Ни двери в ванную. Ни стука. Ни голоса.
– Конечно. – Джемма провела рукой по шершавой поверхности стены, ненадолго остановившись в том месте, где в прошлый раз была дверная ручка.
– Ее тут нет."
"Это ведь я приношу ее в эту комнату. А здесь и без нее достаточно чужих призраков.
Отвернувшись, она пытливо огляделась, чтобы в итоге остановиться на самом очевидном варианте: рабочем столе. Опрятном, словно тот, кому он принадлежал, каждый вечер приводил его в порядок, прежде чем лечь спать.
Джемма рассеянно покрутила в руках ручку с логотипом и названием какой-то энергетической компании. В голове услужливо всплыло: мама.
Тут работала мама.
– Хорошо, – сказала она то ли себе, то ли Куперу. – Хорошо. Начнем с этого, мистер Осточертевшая Загадка.
Ответы где-то здесь – на тонкой зыбкой полосе между ее сознанием и его.
В чемодане была тетрадь, это Джемма помнила точно. Значит, она должна находиться где-то здесь. Это ведь элемент его воспоминаний, а не ее. Что там было? Биология? Джемма покопалась в стопке учебников на столе, разворошила школьные тетради, заглянула в ящики: все здесь стояло аккуратно, у всего имелось свое место.
Так он с детства зануда, вот это открытие!
Рисунков нигде не видно: он всегда умел хорошо шифроваться. Может, она думала не в ту сторону. Если бы они валялись на виду, не стали бы родители задавать вопросы?
Выпрямившись, она бросила взгляд на знакомую фотографию. Та стояла в рамке на полке: счастливое воспоминание, оставившее физический след. Джемма взяла рамку в руку и поковыряла уголок пальцами: фотобумага ощущалась почти как настоящая.
