— Натертости — это не шутка, — поддразниваю я. — Я знаю об этом все.
Если она и знает, что я имею в виду зуд в ягодицах или пот на яйцах, то не дает этого понять, вместо этого просто наклоняет голову вперед, чтобы мне было легче добраться до ее шеи.
Я не работаю над ее спиной и пяти минут, прежде чем девушка поворачивает голову в сторону, пытаясь заглянуть мне в лицо и морщась.
— Если я сниму свою кофту, никаких фокусов.
— Да, да, — ворчу я. — Ты ненавидишь фокусы. Я уже знаю. — Мы прошли через это в прошлый раз, и это пошло нам на пользу: я оказался у нее между ног, а она — с надписью «ПОЦЕЛУЙ МЕНЯ» над влагалищем.
Интересно, написано ли там это до сих пор? Наверное, так как надпись была сделана черным перманентным маркером…
Такая дерзкая.
Я сижу, пока она стягивает серую толстовку через голову, с удивлением замечая, что на ней нет лифчика. Или майки. Или футболки.
Ничего.
Под ней ничего нет, и все, на чем я могу сосредоточиться сейчас, это на том, как сильно я хотел увидеть ее голые сиськи, когда она была в моей спальне и ее соски напрягались под той прозрачной футболкой.
Когда складывает толстовку на коленях, я бросаю взгляд на ее грудь сбоку, потому что, ну, ее там много.
Черт.
Ладно."
"«Ничего страшного. Это не первая девушка, которую ты гладишь, и не последняя», — уговариваю я себя, когда девушка устраивается между моих раздвинутых ног, все еще сидя на диване спиной ко мне.
Райан, может быть, и высокого роста, но она также и стройная, и я ослабляю давление, когда мои руки снова оказываются на ее плоти, давлю большими пальцами, но не разминаю — я не хочу причинить ей боль.
Нахожу узел.
Вращаю большим пальцем по кругу, пока девушка вздрагивает, стонет, потом снова вздрагивает, крошечные узелки рассасываются.
Я остаюсь на этом месте минуту или две, а затем перехожу на спину, чтобы проделать те же движения с другой стороны. Круговыми движениями большого пальца нащупываю узлы, прорабатываю их, надавливаю, массирую.
— Ты так хорош в этом, — шепчет она, выгибая шею в сторону.
Ты так хорош в этом…
Ничего сексуального, но это не мешает мне услышать это в низком, удовлетворенном стоне.
— Я не профессионал, но кое-что умею.
— Можешь просто провести ладонями вверх и вниз по моему позвоночнику?
Кожа Райан бледная.
У нее три родинки на спине, с правой стороны, на ребрах. Три крошечные точки, которые выглядят так, будто были бы созвездием, если бы находились на небе — и мне хочется соединить их кончиком пальца.
