Как только раздается финальный свисток, я снимаю шлем, осознавая, что все смотрят на меня со стороны, а лицо моего тренера окрасилось в свекольно-красный цвет.
Это ярость? Трудно сказать — он всегда выглядит безумным.
Я проношусь мимо него, хватаю бутылку с водой и брызгаю себе на голову, в волосы и в рот — мои товарищи по команде избегают меня, слава Богу.
Я не хочу это слышать.
Ни от кого.
Ни от моих братьев, хотя Дрейк, кажется, ничего не может с собой поделать, бочком подбираясь ко мне.
У него сегодня не было игрового времени, и на его лбу нет ни капли пота.
— Эй. Что это, черт возьми, было?
— Очень деликатно. — Он мог бы, по крайней мере, притвориться, что я только что не играл в худшую гребаную игру в своей жизни.
— Я просто хочу сказать, что никогда не видел тебя таким. — Он держится рядом со мной, когда я направляюсь к раздевалке, не заботясь о том, чтобы подождать, пока кто-нибудь из моих приятелей из другой команды подойдет поболтать, что мы обычно делаем.
Мой школьный друг играет за университет, который мы только что обыграли, но у меня нет настроения болтать. Если Бобби Дин захочет пообщаться, то напишет мне сообщение, и мы сможем связаться позже.
Сейчас не время.
Дрейк сопровождает меня по туннелю до моего шкафчика, и если бы он не был моим братом, я бы сказал ему отвалить. Но он возвращается домой со мной, и я застрял с его тенью на всю оставшуюся жизнь.
Если бы персонал не подошел и не забрал мой шлем для чистки, я бы швырнул его в свой шкафчик.
Стягиваю майку через голову, чтобы они могли забрать и ее, вместе со штанами.
Колодки.
Роюсь в рюкзаке, нащупывая мобильник, который обычно лежит в переднем кармане.
Там десятки новых сообщений — хороший знак.
И вздыхаю с облегчением, когда открываю сообщение от Элиаса.
«Получилось, приятель — новости в перерыве, должны вывести тебя из задумчивости».
Ссылка прилагается.
Я нажимаю на нее. Знакомые лица трех ведущих комментаторов студенческого футбола заполняют экран, на заднем плане логотип перерыва, Хоуи Ховард прижимает руку к наушнику.
— Итак, друзья, мы прервем наш репортаж на перерыв, чтобы выйти в прямой эфир со Стефаном Копплом, который первым рассказал о скандале с изменой Колтера.
— Спасибо, Хоуи, — говорит Стефан Коппл, также прижимая наушник кончиком пальца и ведя трансляцию из совершенно другой студии в редакции сплетен, где он работает.
