Как Трисон стал полицейским, или Правила добрых дел

Я наблюдал за всем этим происшествием, но что я мог поделать? Не рычать же мне на маленькую девочку. Да я сначала и не понял, куда это она собралась с кастрюлей, потом слышу, как она говорит собаке:

– Пальмушка, я тебе гостинцы принесла. Ты любишь мяско?

– А кто же его не любит? Очень люблю, – отвечает Пальма, – спасибо тебе, Катенька.

Я вмешался в процесс и говорю Пальме:

– Дорогая, как бы тебе не влетело от хозяев!

– Трисон, а я тут при чем? – удивилась Пальма. – У меня ведь принцип простой: дают – бери, бьют – беги!

– А куда тебе бежать-то с цепи? – съехидничал я.

– Куда-куда? – проглатывая очередной кусок мяса, ухмыльнулась собака. – В будку. А ты чего стоишь? Угощайся!

Катя, словно разобрав, что говорит Пальма, махнула мне рукой и тоже предложила:

– Трыся, а ты что, не любишь мяско? Иди, покушай с нами.

– У-у! – ответил я и на всякий случай отошел подальше от собачьего праздничного стола.

Люди обнаружили отсутствие мяса тогда, когда Пальма уже заканчивала свою царскую трапезу. Мясо еще оставалось, но оно все перекочевало в собачью миску.

– Катька, ну кто тебе разрешил трогать мясо? – громко возмущалась мама.

Мама, скорее, возмущалась не из-за того, что дочь отдала мясо собаке, а просто было неловко перед всеми – знаете, как бывает, люди настроились поесть шашлык, а тут такой форс-мажор.

– Мамуля, ну, ведь Пальма тоже хочет кушать, она тоже любит мясо! – доказывала дочь.

– И что теперь? Ты о собаке позаботилась, а о людях забыла? – строго спросила мать.

– Ничего я не забыла, – отвечала Катя. – Люди каждый день мясо едят, а Пальма ни разу не ела. Я же вижу. Мама, это ведь несправедливо!

– Как это не ела? – вмешался подошедший отец. – Мы же каждый раз ей отдаем косточки.

– Косточки? Да? – подбоченилась дочь. – А что же вы их сами не едите? Я спросила у Пальмы, любит она или нет мясо…

– И что она тебе ответила? – язвительно спросил папа.

– Ответила, что очень любит, и я решила с ней поделиться, – Катя гордо подняла голову.

– Прямо так и сказала? – видно было, что отец еле сдерживает смех.

– Ну, что ты тут с ней хиханьки-хаханьки разводишь? – возмутилась мама, обращаясь к мужу. За такие поступки нужно ребенка наказывать. Отправляй ее в угол.

– Да ладно, мать, – махнул рукой отец, – какой угол? Пусть идет в комнату и там посидит, подумает.

Катя, прихватив с собой плюшевого медведя, молча направилась в дом.