Какого цвета убийство?

– А как это связано с Лукасом Свартлингом?

Гигант поправил запонку на манжете неожиданно элегантным движением.

– До того, как пришел Лукас, царило положение, более всего смахивающее на войну. Все воевали против всех, никакие решения не принимались. Он заставил нас выбрать сторону. Принять всеобщие непреложные ценности. Он объединил нас, так что мы в последнюю минуту смогли отвоевать рынок у конкурентов.

– Вы его очень уважаете, – подметил журналист.

– Еще бы. Если б не он, я сейчас, скорее всего, был бы мертв.

– Страшно подумать.

– На отступников мы не смотрим сквозь пальцы. Здесь мы работаем друг ради друга. Тот, кто не готов постараться ради другого, у нас надолго не задержится.

– Что вы имеете в виду?

Жигарра провел пальцем по шее слева направо и ухмыльнулся. Очень смешно.

– Ну правда, что вы имеете в виду?

– Если я прямо сейчас расскажу тебе, что мы делаем с отступниками, придется тебя убить.

Журналист замер, но потом попытался рассмеяться, быстро что-то черкнув в блокноте.

Габриэль Хельмарк оглядел зал заседаний. Понедельник, на часах – пять вечера. Несколько раз ему приходилось переносить совещание, пока все не улеглось.

Сундстрём смотрел на него.

Корель смотрел на него.

Нильсон смотрел на него.

Нина сидела и что-то писала, пару раз бросив на комиссара короткий взгляд.

Каждый из них слышал, как Эва Аксберг кричала: «Убийца!» Никто ничего не говорил, но все понимали: она имела в виду вовсе не снайпера, который выпустил пулю в голову ее мужа.

Стрелок лежал, укрывшись за строительной сеткой, натянутой на реставрируемом доме. В пыли отпечатались следы – не менее тридцати различных пар обуви. Найти и проверить ДНК заняло бы целую вечность. Никакой гильзы, никакого послания от снайпера в форме очевидных подсказок. Никакого оружия. Ни единого плевка, чтобы сдать на анализ.

Комиссар полиции заглянул в свои бумаги. От бездействия он потихоньку сходил с ума.

Смерть Рогера Аксберга констатировали через десять минут после того, как убитый покинул кабинет Габриэля Хельмарка. В соответствии с какими-то идиотскими инструкциями его тело на всех пара́х отвезли в Каролинскую больницу. Вылечить «пациента» не представлялось возможным. Госпожу Аксберг положили там же, в закрытое отделение, вероятно, дав мощную дозу снотворного.