– Моя бабушка похожий готовила, – сказала я, – Фася называла его «супчик за день до получки». Вот уж не предполагала, что все детство лакомилась итальянским изыском."
"– Бульон из кирпича, – хмыкнул толстяк, – большинство советских детей такой с аппетитом уминали два раза в месяц за день до того, как родители аванс или получку получали.
– Моя тетя один раз сварганила супчик из шпрот, – поделилась своим воспоминанием Марина.
– У нас риболитта готовится из качественных хвостов и копыт, – решил напомнить о себе официант, – в бульон кладут свежие отборные овощи, лучшую перловую крупу, добавляют ноту лимонного сока…
– Он что, поет? – подпрыгнул Дегтярев.
– Суп голосит песни?
У Марины задрожали уголки рта, она с трудом удержалась от смеха и объяснила:
– Нота – это капля.
У бедного полковника окончательно отказал мозг.
– Лимонным соком капают на рояль?
Зачем?
Я схватила салфетку и сделала вид, что вытираю губы. Дашенька, только не смейся.
– Не стоит обсуждать суп, который никто из нас не закажет, – заявила Марина.
– Панцанелла, салат из овощей и хлеба.
– А мяса у них нет? – жалобно осведомился полковник.
– У нас потрясающая сальтимбокка по-славянски, – заявил кельнер.
– Перевожу на русский язык, – тут же отозвалась Марина, – это вырезка…
– Годится, – обрадовался Дегтярев, – остальное мне не интересно!
– У нас отборные куски мяса, завернутые в прошутто из Лондона, – вкрадчиво произнес гарсон.
– Телятина в парашюте, – кивнул полковник, – никогда не ел.
– В Англии много мест, где можно вкусно перекусить, – задумчиво протянула Марина, – но прошутто в Лондоне не производят. Хотя… Может, его привезли из Италии в Англию, а уж оттуда к вам.
– Хочу есть, – не выдержал полковник, – мне без разницы, как что называется. Дайте кусок мяса! С жареной картошкой.
– Чай по-мароккански, пожалуйста, – попросила я.
– Такой не делаем, это вам в индийский ресторан надо, – посоветовал юноша.
– Марокко находится в Африке, – уточнил полковник, у которого от спазмов голодного желудка ожили знания по географии.
– У нас только те с джелато! – добавил парень.
Дегтярев начал озираться.
– Мы здесь одни, никого нет.
– Конечно, – фыркнула Марина, – в заведение, где салат «Цезарь» стоит две тысячи рублей, мало кто сунется.
– И где те, в жилетах? – удивился Александр Михайлович. – О ком парень сказал: «Те в жилетах»?
– Несите чай, черный, – попросила я.
– Он вместе… – начал официант.
