Невеста хотела устроить пир на весь мир, несколько платьев сменить, дорогой ресторан, заказать полные столы угощения, вино рекой. Список гостей составила: триста человек, а потом сразу в аэропорт, и месяц путешествовать за границей.
– Я ей объяснил, – вступил в беседу Антон, – что не имею денег на такой праздник. И медовый месяц не смогу оплатить. Могу устроить посиделки там, где работаю, пригласить двенадцать гостей. Анюта спокойно сказала: «Продай квартиру, и найдутся средства».
Я отказался, случился первый грандиозный скандал, я думал, что она разорвет помолвку."
"– Как же, – засмеялась Антонина, – очереди к горшку, где засохла роза, не тянулись. Мне Нюта сквозь зубы процедила: «Неприлично в моем возрасте ни разу замужем не побывать. Так и быть, распишусь с уродом». Свидетельство о браке она получила, но образ жизни менять не собиралась. Антон на работу, а женушка гулять, всю зарплату мужа за два дня спустит и злится: «Где деньги?» Сама она ничего не делала, на руках диплом актрисы, но красу ненаглядную на съемки не приглашали, она таскалась по тусовкам.
Через несколько месяцев жена пристала к Антону: «Продай квартиру, вложись в сериал, мне главную роль там дадут». Супруг удивился: «Недвижимость ушла до свадьбы, на вырученные деньги я открыл ресторан. Рассказывал же тебе».
Анюта в истерику:
– Впервые об этом слышу!
Я подтвердила:
– При мне Антоша раза три речь заводил и об апартаментах, и о «Плов не плов».
А ты его обрывала: «Отстань, я устала».
Господи, как она завопила, как обзывала и меня, и мужа. У нас двоих нервы не выдержали, разом из дома ушли. Где-то через неделю я приехала, хотела свои вещи взять. Дверь открыть не получилось, замки поменяли.
Антонина скрестила руки на груди.
– Неприятно рассказывать все это. Я хотела в суд подать, я же была прописана в квартире. Да Антон…
– Удержал Тоню от этого поступка, – перебил рассказчицу владелец ресторана, – не копай грязь, а то к тебе прилипнет.
Не спеши с решением. Действовать надо с холодной головой. Разговор мы вели в пятницу, а в субботу…
– Племянница позвонила, – всплеснула руками Антонина, – заныла: «Тетечка, любимая, прости. К нам пытался залезть вор, замок отмычкой сломал, я его поменяла, тебя предупредить забыла. Не сердись». И ля-ля, ля-ля. Прямо Лиса Патрикеевна.
