Ничто не доставляло ей такого удовольствия, как общение с ними. В этот вечер она узнала о новой подруге Мари-Луизы, почитала книжку Аксель, поцеловала обеих и выслушала их молитвы, прежде чем удалиться в свою спальню. Странно — иногда Мари-Луиза смутно напоминала ей кого-то, но кого? Может быть, Анри?.. Она отбросила эти мысли.
Потом Александра разделась и, приняв горячую ванну, забралась в постель с книгой. Анри вернулся около полуночи. Александра слышала его шаги в соседней комнате. Потом он зашел пожелать ей спокойной ночи.
— Не спишь?
Александра улыбнулась и покачала головой. Ей нравилось ждать его. Иногда в поздний час Анри расслаблялся, давал себе волю и больше, чем днем, был склонен раскрываться перед ней, делиться мыслями, планами и проблемами.
— Хорошо провел вечер?
— Нормально. — Глаза мужа искали ее глаза, и вдруг с его губ слетели совершенно несвойственные ему слова, от которых у Александры словно камень сорвался с души и она поняла, что никакой новой любовницы нет и в помине. — Мне тебя ужасно недоставало.
Как я жалел, что не взял тебя с собой!
Это было так не похоже на Анри, что Александра счастливо улыбнулась и похлопала по кровати рядом с собой, а когда он сел, поцеловала его.
— Спасибо, дорогой, я тоже соскучилась. — В ее голосе появились интимные нотки. — Зато я смогла побыть с девочками. Мари-Луиза такая серьезная — и почти взрослая. Вот Аксель — совсем дитя.
Она заулыбалась от гордости.
— Да, они славные малышки. — Анри наклонился и поцеловал жену в шею.
— Все в маму. Ты у меня тоже хорошая девочка.
Александра была на седьмом небе от счастья. Ее улыбка стала задорной.
— Правда?
Она продолжала улыбаться, и Анри лег рядом, дотронулся до ее груди, прильнул к губам. Вообще-то он не собирался сегодня заниматься любовью, но Александра была так соблазнительна на фоне постельного белья в розовой ночной рубашке! Обычно проявления нежности давались Анри с большим трудом. Однако сейчас, в полутьме ее будуара, все казалось легко и просто. Он любил эти ночные часы, когда они подолгу лежали бок о бок, пока он не поднимался и прокрадывался в свою спальню.
Он бесконечно дорожил и ею, и девочками, но что-то мешало ему проявлять чувства. И потом, у него были такие высокие требования, он столь многого от нее ожидал… и от себя тоже. Хотел, чтобы в жене воплотился его идеал, и подчас ему казалось, что эта мечта сбывается. В предвидении этого он и женился на ней. Он ни за что не удовлетворился бы чем-то меньшим.
