"
"Стискивая тяжёлые округлости ягодиц, лаская губами шею обращённого, я жадно вдыхал его запах, потираясь членом и его бёдра и прикрывая глаза. Смазки под рукой не было, и я уже приготовился к неприятному проникновению и слёзам обращённого, но тот, обильно смочив слюной собственные пальцы, принялся разрабатывать тугое отверстие. Сперва мука отразилась на его лице, которая затем сменилась едва ощутимой тенью блаженства, а меж тем он проталкивал в себя уже три пальца, медленно разводя их в стороны, словно позволяя мне любоваться собой и тем, как расходятся в стороны стенки заднего прохода.
Довольно облизнув собственные губы, я нарочито-медленно убрал руки юноши от его задка, а затем, смазав собственный член слюной, принялся пробовать юношу. Задница его, эластичная, с готовностью приняла мою плоть и тут же сжалась плотным горячим кольцом, срывая с моих губ довольные стоны. Это было не то что неповторимо… к таким ощущениям невозможно привыкнуть. К сокращению мышц, что пытаются сойтись, а оттого лишь сильнее массируют плоть и подбавляют масла в огонь.
На лице эльфа на миг отразилась мука, затем сменившаяся удовольствием, которое вспыхивало во всём его образе всё то время, что мы были близки. Истосковавшийся по ласке, от природы нежный, он отдавался мне вновь и вновь. Тело его, хранящее следы страсти моего брата, казалось мне верхом соблазна в те мгновения, словно бы чары окутывали моё сознание. И у меня не было ни малейшего желания сопротивляться или думать о том, что так вовсе быть не должно.
Сладко целуя губы обращённого, всаживая ему в задницу по самые яйца, вслушиваясь в его полные наслаждения крики, я не уставал твердить ему на ухо о том, как он прелестен. Возбуждение играло в крови, желание затмевало разум, а действиями правили звериные инстинкты. Пропустив руки под плечи эльфа, притискивая его к себе и наслаждаясь его сбитым шёпотом и мольбами, в которых он заклинал меня на останавливаться, я принялся лишь сильнее двигаться в нём, засаживая член в его задницу почти что с яростной дикостью, наслаждаясь ощущением того, как горячее, тесное, эластичное кольцо мышц скользит туда-сюда по плоти, то и дело пережимая у основания или отказываясь выпускать из своего плена головку.
Внизу хлопнула дверь, раздались разъярённые голоса, а мы лишь теснее жались друг к другу, впиваясь поцелуями в губы, кусая друг друга, рыча и срываясь на стоны, отдаваясь удовольствию так, словно бы могли больше никогда его не получить.
