Камаэль (СИ)

Настолько бережные, что сперва мне даже показалось, что вместо него явился Виктор, но все было именно так, как есть, а не иначе. Поцелуи коснулись печати, затем шеи, вырывая из груди утробное рычание злости и удовольствия. От него пахло гневом и ревностью, его нежность граничила с грубостью, а я глядел на обращенного и любовался каждым изгибом разгорячённого тела, содрогающегося на пике блаженства и эйфории последнего страстного вздоха. Руки его обвили мои плечи.

- Льюис, - стон оглаживает уши и вызывает на лице улыбку, полную торжества.

Член мой ритмично погружался в его тело, пульсировал, и явно через пару мгновений я был готов кончить, но держался. До тех самых пор, как с его губ вновь не слетел стон-зов. - Льюис!

Элерион изогнулся, впился ногтями в мои плечи, вздрагивая и крепко жмурясь. Семя толчками изливалось на его живот, густое, светлое, а задница сжимала мою плоть. Я принялся было сильно двигаться в нём, обхватывая его плоть, надрачивая, продлевая сладкое удовольствие, но сильные руки вампира отдёрнули меня от обращённого, буквально вырывая меня из него, из-за чего я чуть не попрощался со своими гениталиями и всеми составляющими.

Крепкая мужская ладонь легла на мой затылок, утыкая лицом в пах Элериона. Ладони Джинджера сжали мои ягодицы, до боли разводя их в стороны. Смачные плевок, и горячая слюна брата потекла меж моих ягодиц, пальцы проникли в задницу, за долгое время отвыкшей от таких обращений с ней.

- Что замер? - рыкнул Джинджер над моим ухом, вновь надавливая ладонью на мой затылок, отчего я ткнулся прямиком в семя, перемазывая щёку.

- Приступай.

Элерион приоткрыл глаза, нежно огладил мои волосы, запуская в них пальцы и совершенно очаровательно, невинно улыбаясь, словно бы ничего такого и не происходило. Улыбаясь сквозь боль, которой отзывались движения пальцев брата в заднице, я принялся скользить языком по подрагивающему от удовольствия и возбуждения плоскому животу обращённого, слизывая семя и с трудом сдерживая стоны. Зато вот обращённый не сдерживался - позволял себе вздыхать в голос, срываясь на стоны, разводя ноги в стороны и закидывая их затем мне на плечи, всем своим видом сподвигая на действия и глядя на меня пьяным от удовольствия взглядом.

- Я смотрю ты его не часто баловал лаской, - прохрипел я, принимаясь скользить языком по вновь медленно восстающему члену; и мгновенно ощущаю, как Джинджер у меня за спиной напрягается.

Да-да - я словно внезапно нагрянувшая инспекция, с самой подробной проверкой под их одеялом.