Камея римской куртизанки

Без определенного места жительства, и выпивши был, а потом вообще сбежал, поэтому его показания и не подшили к делу.

– Ну вот, видишь? И свидетель ненадежный, и вся история какая-то мутная… забудь ты про это дело!

– Дусь, а Дусь… я тебя последний раз прошу – съезди в больницу, поговори с этой Воробьевой. Только спроси – может, она сама что-то вспомнит. И все – я это дело закрою, обещаю тебе. Я бы сам съездил, да ты же знаешь – допрос свидетелей у тебя гораздо лучше получается. Особенно женщин. Опять же больница все-таки… тетки там в таком виде… стесняются…

– Да, Петя, с женщинами ты разговаривать определенно не умеешь… – вздохнула Дуся.

– Ну так что – съездишь?

– А если съезжу – закроешь дело?

Дуся узнала в приемном покое, где лежит пациентка Воробьева, поднялась на пятый этаж, вошла в хирургическое отделение.

Прямо напротив двери находилась стойка дежурной медсестры. Сама медсестра, приземистая брюнетка лет сорока с густыми бровями, похожими на двух откормленных гусениц, и с небольшими усиками, лениво препиралась с мужчиной в полосатом халате.

– Сколько тебе повторять, Константинов, что посещения разрешены исключительно с трех до пяти? А к тебе женщины после отбоя приходят, и все время разные!

– Но к Николаю Николаевичу тоже после отбоя… я сколько раз своими глазами видел…

– Ты себя с Николаем Николаевичем не сравнивай! У него отдельная палата, коммерческая, а ты в общей лежишь, так что твои посетительницы деморализуют других больных! И потом, к Николаю Николаевичу законная жена приходит, а к тебе кто?

– Ну, может, ко мне тоже почти законная…

– Которая это? Или что – все?

Тут медсестра заметила Дусю и посуровела:

– Женщина, а вы к кому? Вам что, в приемном не сказали, что посещения только с трех до пяти? Повторяешь вам, повторяешь, и все без толку…

– Конкретно мне вы пока ничего не повторяли и вообще даже не выслушали!

– И не собираюсь слушать! – отрезала медсестра.

– Вы мне даже не дали сказать, к кому я и по какому делу… ничего не дали сказать…

– И даже слушать не собираюсь! Если всех пускать в неприемное время, так это никакого порядка не будет на отделении! Это будет уже не хирургическое отделение, а психиатрическое!

В это время открылась дверь с табличкой «Заведующий отделением», и в коридор вышел невысокий плотный мужчина в белоснежном халате, с аккуратными усиками, в очках в золоченой оправе.