И Стефания меня не подвела:
— Твоему деду мой и так очень много пообещал за наш с тобой союз! И мог бы дать еще больше! И только не надо мне рассказывать, что это старшие родичи заставили тебя связаться с этой норвежкой! Все вокруг уже давно понимают, что ты в роду Романовых на особом положении и можешь продавить любое свое решение!
Приехали, твою налево! Какие такие решения я продавил? Что Стефания несет? Подумаешь, выбрал себе по сердцу будущую жену, кандидатура которой в том числе устроила и старших родичей, а я уже стал серым кардиналом рода Романовых! Это вам, болезные, с дедушкой Сан Санычем надо пообщаться — вот где тайная закулиса скрывается, совместно с Николаевичами рулящая цепкими лапами не только родом Романовых, но и всей внутренней и внешней политикой Российской империи!
А принцессу несло дальше:
— Со мной бы у тебя никогда не было никаких проблем! Я была бы очень хорошей женой, меня так воспитывали! Родили бы детишек, и гуляй себе на стороне с разными там мокрощелками, если тебе так хочется! Только в рамках приличий и без ублюдков!
Вот она, бытовая проституция во всей своей красе! Обеспечь мне статус и достойный уровень жизни, а я тебе, так и быть, разрешу жить в свое удовольствие!
— А ты выбрал себе непонятно кого из бедного, не особо влиятельного рода! — продолжала Стефания.
— И Соня твоя, Алексей, девушка уже со скандальной репутацией — из-за ее легкомысленного поведения и так уже чуть Италия с Германией войну друг другу не объявили! А что будет дальше?
— Замолчи! — наконец не вытерпел я.
— Хватит пороть ерунду! Стефания, ты переходишь все границы, а извиняет тебя только то, что говоришь ты это под влиянием обиды, которую сама себе и придумала!
— Ничего я себе не придумывала! — буркнула девушка уже тоном ниже. — Просто я в тебе очень сильно разочаровалась!
«Слава яйцам! — подумал я. — Может, теперь глазки будет строить более достойным Медичи или Гогенцоллернам?»
— Алексей, — тон Стефании сменился на просящий, — я не привыкла унижаться, но, может, ты все-таки передумаешь?
— Не передумаю, — помотал я головой.
— Вопрос уже практически решенный.
— Очень жаль… — прошептала она, а глаза девушки повлажнели. — Очень…
Ненавижу, бл@дь, женские слезы! Особенно в ситуациях, в возникновении которых своей вины не вижу!
От необходимости говорить Стефании какую-нибудь ерунду, подходящую для подобных случаев, меня спас скрип открывшейся двери — в ложу заглянули король Франции с наследником.
