Онлайн-библиотека книг
Неугомонная Вяземская подколола Николая с Александром насчёт того, что они де, небось, даже сегодня ходят с трудом, не говоря уже про плаванье в море — все силы на весёлых девок потратили. Слово за слово… И дело дошло до выяснения отношений с помощью дружеского спарринга. Один Сашка Петров махнул рукой на подобные развлечения и удалился на море в гордом одиночестве.
— Как он себя ночью-то проявил? — хмыкнув, поинтересовался я.
— Нормально проявил. — ухмыльнулся Николай. — Не переживай.
— А девки где?
— До завтрака в город отправили.
— Никаких «так что»! — нахмурилась та.
— Да я просто сказал… — подмигнул мне Николай. — На море-то пойдём?
— Вы идите, а нам с Лесей ещё позавтракать надо. Позже к вам присоединимся.
На пляже мы появились только после одиннадцати. Когда подошли к нашей компании, то обратили внимание, что они все что-то разглядывают, собравшись под одним из зонтов.
— Нате, гляньте! — Прохор протянул нам с Лесей листок.
Я так понял, это Сашка Петров, по тихой грусти, упражнялся в живописи на мотивы ночного разврата. На листе из его альбома была изображена обнажённая девушка в весьма фривольной позе. Хоть и был рисунок написан карандашом, этот Рембрандт Смоленский умудрился сделать девушку практически живой и крайне сексуальной, без всякой там развязной пошлости, вычурности и дурновкусия.
— Ещё держите. — Прохор протянул очередной рисунок уже другой девушки, да и поза была другая.
Эффект тот же…
— Да как он умудряется-то? — прошептала Леся. — Чистое искусство! Никакой порнографии!
— У меня вопрос тот же. — кивнул мой воспитатель. — Вы на Великих князей гляньте.
Оба моих брата напоминали детей, которым первый раз в их жизни подарили кубики, и они ещё не сообразили, что с этими кубиками делать — рты чуть приоткрыты, лбы наморщены, взгляды крайне сосредоточены.
— Э-э-э… Сашок… Подари рисунки… — отвлёкся, наконец, Николай, и посмотрел на Петрова. — В училище все охренеют!
— Да какое там охренеют! Все просто оху…еют! — Александр был более эмоционален.
А Сашка покраснел ещё больше.
— Подарить им для училища! Ещё чего! — ухмыльнулась Вяземская. — Знаю я ваше училище, сама его заканчивала! Одни дрочеры малолетние и учатся! И пойдут эти рисунки по казармам! До кровавых мозолей! Сашка, не отдавай картинки этим двум, лучше мне подари!
— Вика! — поднялся Николай.
— Что? — не осталась в долгу та.
— Так! — повысил голос я.
